Пираты. «Скат» принимает вызов

А как мы друг друга узнаем?

– Я вас знаю в лицо, Владимир Иванович. А насчет конспирации это вы верно заметили. Не стоит вам афишировать отношения со мной. Еще неизвестно, чем и как все закончится – противник у нас очень серьезный в этом деле.

Владимир Иванович Трещев оказался худощавым мужчиной лет сорока пяти с высоким лбом, редкими светлыми волосами и острыми чертами лица. Резкие движения, уверенные интонации голоса создавали впечатление неукротимой энергии и огромной работоспособности. Трещев был одет в светлый летний костюм из мягкой ткани, в руках он держал объемистую кожаную папку.

– Документы я вам привез, – похлопал Трещев по своей папке ладонью, – оцените, что они не одноразовые, а вполне легальные. Вы и ваши люди являетесь официальными сотрудниками корпорации, которые направлены сюда для расследования факта пропажи судна.

– Оценил, спасибо. Это облегчит мою работу. Но учитывая, что вы тут главный представитель, светить своих людей я не буду. Официально работать будем с вами вдвоем. Мне нужны еще один автомобиль и вертолет.

– Гм-м, – поперхнулся Трещев, – однако запросы у вас. Что, так все серьезно?

– Очень серьезно. Дело пахнет маленькой войной. От того, насколько оперативно мы сработаем, зависит успех всего дела. Поэтому все действия должны исходить от местных властей, а мы с вами будем оставаться за их спинами. Каков ваш статус?

– Советник президента корпорации по зарубежному праву, – ответил Трещев. – А какая у вас есть уверенность, что судно и груз в Малайзии?

Торин и Трещев прохаживались вдоль экспозиции и говорили тихо по-русски.

– Уверенность примерно на девяносто процентов, – ответил Торин. – Судно пропало в районе Шри-Ланки. В Индии и Мьянме судно не спрячешь – слишком оживленное судоходство вдоль побережья. Кто-нибудь обязательно засек бы его. Поэтому его наверняка погнали к Малайскому архипелагу. А еще есть у меня информация по персоналиям. Так что, думаю, судно не на Суматре, а на западном побережье Малакки.

– Где же здесь можно спрятать судно? – с сомнением произнес Трещев. – Насколько я мог разглядеть с самолета, когда летел сюда, береговая линия полуострова изрезана слабо.

– Совершенно верно, Владимир Иванович, – согласился Торин, – только вы не учитываете характер растительности. Здесь вдоль всего побережья тянутся мангровые заросли, а за ними нависают джунгли с деревьями высотой более сорока метров.