Пятьдесят оттенков синего

Его руки уже не удерживали меня, они пустились в путешествие по моему телу. Легкие прикосновения к груди, жадные ласки, и вот уже горячие ладони пробрались под кофту и, сдвинув белье, начали гладить полные полушария, нежно касаясь сосков.

В голове помутилось, осталась только одна мысль: «Если он сейчас уберет руки – я умру». Бедрами я непроизвольно прижалась к паху мужчины, ощущая его твердость и не в силах унять ноющее желание, сдавившее низ живота.

Одна рука драга переместилась к моей ноге и поползла по бедру вверх и чуть в сторону, к чувствительному месту, которое пылало, ожидая прикосновений.

Мой оргазм не только мне помог прийти в себя, но и Уотерстоуну. Он резко отшатнулся, вглядываясь в меня расширившимися глазами. Мои щеки горели румянцем, только теперь я в полной мере начала осознавать все, что сейчас произошло.

Пока я думала, что можно сказать в такой ситуации, драг быстро поднял машину в воздух и стремительно полетел в ночь, как я и полагала, к моему дому, благо, он был недалеко.

В голове бился только один вопрос: как теперь смотреть ему в глаза?!

На следующий день я сидела в столовой, вся счастливая до невозможности от того, что за весь день ни разу не встретила начальника Центра. Даже обедать он не пришел.

– И что же было дальше? – с горящими глазами спросила Мира.

– Он вызвал медиков, посидел со мной в больнице, успокоил, и мы поговорили.

– О чем? – улыбнулась я.

– Обо всем, – мечтательно протянула Ара. – В том числе и о недоразумении, из-за которого он решил, что я со странностями.

– Ты ему призналась? – ахнула Нара.

– Нет, конечно, списала все на случайность."

"– А он что? – приподняла я брови.

– Утром прислал цветы и записку с приглашением на ужин.

Сработало!

– Я сразу после больницы примчалась сюда и даже отпросилась на вечер у Уотерстоуна.

Замерев, я осторожно спросила:

– Ты его видела?

– Да, он как раз выходил из столовой.

Значит, уже поел. И почему я чувствую такое разочарование?

– Пойдешь собираться? – понятливо улыбнулась Нара.

– Да.