Пятьдесят оттенков синего

Я: Что случилось?

Нара: Вчера она переехала на новое место и теперь проживает рядом со своей любовью. Он отнесся к этому крайне отрицательно и спросил, чего ей от него нужно.

Я: Она призналась?

Нара: Да.

Я: И?

Нара: Не поверил.

Я поразилась. Девушка признается в своих чувствах, а мужчина не верит. Только с Акарой могло такое приключиться.

Я: Что она собирается сделать?

Нара: Испробовать «зелье», которое выпила Мира.

Я: Что?!

Нара: Я тоже ей сказала, что это плохая идея, но она не хочет слушать. Глядя на Миру и ее кавалера, которого ты опоила незадолго до того памятного ужина в «Розе», она хочет того же.

Я: Но он же инопланетянин. Она может нанести ему непоправимый вред.

Нара: Я понимаю. На обеде нам нужно вразумить ее, иначе нас ждут проблемы.

На самом деле лично меня проблемы ждали гораздо раньше. Не прошло и получаса, как Уотерстоун нагрянул ко мне в кабинет. Едва я взглянула на его лицо, мне сразу стало понятно – меня пришли убивать.

– Доброе утро, – проблеяла я, еще не зная, в чем причина гнева великого и ужасного.

На мое приветствие у начальства только дернулся хвост.

– Скажите мне, Ионова, в каких отношениях состоят ваша подруга Мира и член совета, с которым вы ужинали?

Мне сразу захотелось покинуть кабинет. Как много он знает?

– Они встречаются, – честно ответила я.

– Как давно? – со зловещим спокойствием спросил Уотерстоун.

– Не могу сказать, когда именно это произошло.

– Тогда спрошу прямо: вы соврали мне про его предложение вам?

Он знает, поняла я.

– Не совсем. В тот момент я еще не знала, что он отступился от своей цели.

– А когда узнали, то не посчитали нужным поставить меня в известность.

Я лишь пожала плечами, признавая его правоту. Какой смысл отрицать? Лучше подумать о последствиях.

– Играть вздумали? – зашипел драг.

Все-таки какие они несдержанные!

– Я совсем не…

– Думаете, раз я помог вашей сестре, не смогу вернуть все назад?!

Уже не человеческий голос, почти рык.

– Нет, пожалуйста! Я окажу взаимную услугу. – И запнулась, подумав, что ответная просьба может быть весьма нескромной. – Если я чем-то могу помочь…

– Ваше содействие по делам Центра не является равноценной заменой. Но вы будете мне должны, и не одну услугу. Надо вспомнить и о моральном ущербе, – прошипел Уотерстоун и вышел.

Откинувшись на спинку кресла, я застонала. Как же я влипла!

Алексей Уотерстоун

Она посмела меня обмануть.