Пятьдесят на пятьдесят

Пользователи могут даже оценить этих женщин и фотографии, как это делается в соцсетях. Я вижу, что на сайте указан и мой домашний адрес. Так что я отзываю свой встречный иск о сексуальных домогательствах, вы отзываете свой иск о нарушении контракта, и…

– Кейт, – произнес Бернард, перебивая ее. – Вам больше не нужно ничего говорить. Мы отзываем наш иск. Вы поступаете так же и даете подписку о неразглашении. Мы выплачиваем вам миллион долларов компенсации, и на этом все закончится. Ладно? И можете вы наконец выключить этот компьютер?

– Простите, мистер Бернард, я еще не закончила.

– Послушайте, мисс Брукс, – вы, несомненно, талантливый юрист, но было бы глупо отказываться от миллиона долларов…

– Никаких подписок о неразглашении! Кажется, я это уже говорила.

– Два миллиона, – подал голос Грофф.

Кейт покачала головой.

– Предложение действительно только на данный момент, – повторила она. – Если вы его не принимаете, оно уходит из этой комнаты вместе со мной.

– Черт возьми, – буркнул Бернард. – Просто сделай это. Просто дай ей все, что она захочет.

– Не можете же вы… – начал было Леви, но Бернард бесцеремонно оборвал его:

– У тебя здесь нет права голоса, Тео. У меня такое чувство, что твою задницу вышвырнут за дверь еще до конца этого дня.

– Считайте, что договорились. Вопрос решен, – объявил Грофф.

– Подождите… – попытался упорствовать Леви, но они проигнорировали его.

– Спасибо вам, – сказала Кейт."

"Бернард и Грофф оба набросились на Леви и принялись распекать его. Не за то, что он мерзкий извращенец, а за то, что спалился. Тот пытался как-то оправдываться, но они не слушали.

– О, и еще кое-что, – сказала Кейт.

Наклонившись, Блок подхватила картонную коробку, стоявшую у ее ног, и поставила ее на стол.

– Что это? – спросил Бернард.

Кейт открыла коробку и начала доставать пачки юридических документов.