Пятьдесят на пятьдесят

Кейт и Блок было невтерпеж дожидаться возвращения на квартиру Кейт, поэтому они нашли тихий уголок в кафе «Кортэ» на Лафайет и устроились там за кофе. Блок заказала сэндвич с фрикадельками, Кейт – куриный салат. А еще картошку фри.

С того момента, как им вручили этот токсикологический отчет, дел у Блок было выше крыши. Она до сих пор поддерживала тесные отношения с различными правоохранительными структурами, были у нее свои люди и чуть ли не во всех райотделах полиции Нью-Йорка. И буквально через десять минут после того, как она ознакомилась с результатами токсикологического исследования, щупальца уже были распущены.

Всего было совершено тридцать семь ограблений, которые могли представлять хоть какой-то интерес. Большинство из них – непосредственно в аптеках, но в двух случаях пострадали оптовики, и еще одно нападение было совершено на грузовой фургон, перевозящий лекарства. Ни в одном из них галоперидол не фигурировал и не был частью добычи.

– Так что с ограблениями голяк, – заключила Блок.

– А как насчет наркоторговцев? – спросила Кейт.

– Галоперидол – это не рекреационный наркотик. Он не вызывает привыкания. И кайфа тоже. И препарат это даже не успокоительный, а скорее нокаутирующий. Он разжижает людям мозги. Превращает их в желе.

– Но я думала, что на черном рынке наверняка представлены все виды лекарственных препаратов…

– Только не таких, которые легко добыть у правильного фармацевта. Даешь поддельный рецепт и пятьсот «баков» – и торчишь себе на здоровье.

Скинув документ с экрана своего телефона, Блок перешла ко второму зазипованному файлу. Внутри было электронное письмо и какой-то видеоролик.

– Это попадание в ПУЗНП[30], – объяснила Блок. – Похоже, полиция Нью-Йорка расследует это как преступление на почве расовой ненависти. В прошлом месяце были убиты фармацевт-индиец и кассирша. Есть видео.

К счастью, ролик оказался без звука – все-таки устроились они в довольно популярном кафе, и вокруг было полно посетителей.