Пески времени

Когда его вызвали в отделанный деревянными панелями кабинет одного из ведущих промышленников, ему предельно ясно дали понять: Хайме Миро создает губительную для этой организации атмосферу, и его надо остановить, а награда не заставит себя ждать.

Однако кое-что оставалось недосказанным. «В случае провала вас ждет наказание». И вот теперь карьера полковника оказалась под угрозой. И все из-за бестолковых полицейских, упустивших Миро прямо из-под носа. Он мог спрятаться где угодно. Но вот монахини… Внезапно полковник аж задрожал от возбуждения.

Монахини! Ну конечно. Они-то ему и помогут. Убежище Хайме Миро отыскать непросто, но сестры могут найти пристанище только в другом монастыре, и наверняка в монастыре того же ордена.

Полковник Аконья вновь принялся изучать карту. И нашел. В Мендавии находился еще один цистерцианский монастырь. «Именно туда они и направятся», – торжествовал Аконья. Только он попадет туда первым и будет их поджидать.

* * *Для Рикардо и Грасиелы путешествие подходило к концу.

Последние несколько дней были самыми счастливыми в жизни Рикардо.

Его преследовали армия и полиция, и в случае ареста ждала верная смерть, и тем не менее все это словно не имело для него никакого значения. Они с Грасиелой словно выкроили себе небольшой островок во временном пространстве, где ничто не могло им помешать.

Их рискованное путешествие превратилось в чудесное приключение. Они говорили без умолку, стараясь как можно лучше узнать друг друга. И их слова, словно невидимые нити, лишь сильнее привязывали их друг к другу.

Они говорили о прошлом, настоящем и будущем. Особенно о будущем.

– Мы обвенчаемся в церкви, – говорил Рикардо. – И ты будешь самой красивой невестой на свете…

Грасиела представляла себе их с Рикардо свадьбу и трепетала от предвкушения.

– Мы будем жить в большом красивом доме…

Слушая это, она думала: «У меня никогда не было собственного дома и даже собственной комнаты». Сначала Грасиела жила в небольшой квартирке вместе с матерью и многочисленными «дядями», а потом в крошечной келье по соседству с другими сестрами.

– У нас будут прекрасные сыновья и хорошенькие дочурки…

«И я дам им все, чего никогда не было у меня. Они будут купаться в нашей любви».

От этих мыслей сердце Грасиелы переполнялось счастьем.

И все же ее беспокоило то обстоятельство, что Рикардо страстно предан делу, за которое сражается. Смирится ли он с жизнью во Франции, вдали от боевых действий? Грасиела понимала, что просто обязана обсудить с ним это.