Первое правило королевы

Но несуществующая Наташа откуда-то взялась, и мало этого, она чем-то открыла дверь, и вошла, и оставалась здесь неизвестно сколько, пока не приехала Инна и не спугнула ее.

Что она делала в Иннином доме?! И сколько времени она это делала?! И куда потом подевалась, в метель, без пальто и шапки?!

Дыра в желудке начала стремительно увеличиваться, как будто выгрызая куски слабых и беззащитных тканей. Инну сильно затошнило, и ладони стали холодными и скользкими, как лягушачьи лапы.

— Осип Савельич подъехал, — доложила Аделаида.

Инна кивнула и пошла по коридору, а Аделаида сзади закричала про недопитый чай, но Инна только покачала головой, схватила шубу и выскочила из дому, словно горничная гналась за ней по пятам.

— Утро доброе, Инна Васильевна. Как спалось?

— Отлично, — процедила она, пробираясь внутрь теплого салона. Радио бодро пело песню про любовь, привычно пахло синтетикой кресел, свежими газетами и какой-то автомобильной парфюмерией.

Все как обычно. Все хорошо.

Осип захлопнул за ней дверь, протрусил на свое место и неторопливо тронул «Вольво». Инна взялась за газеты — чтобы все было как обычно. То есть хорошо.

Осип посматривал на нее в зеркало заднего вида, она притворялась, что не замечает.

Ветер с Енисея унесся к своему Северному полюсу, и теперь по обе стороны белой дороги лежали свежие сугробы, наваленные снегоочистителем, и деревья, торчавшие из снеговых гор, казались ниже.

Инна держала перед глазами газету и смотрела в окно.

Это как раз было необычно и не укрылось от внимания бдительного Осипа.

— Ты не заболела часом, Инна Васильна?

— Нет.

— Температура, может?

— Нет.

— Снотворное пила?

— Нет.

— А может…

— Отстань от меня, Осип Савельич, — попросила Инна с досадой.

— А чего с тобой такое?

— Со мной ничего такого. Мне надо подумать.

— Ну, думай, думай, — разрешил Осип. — Говорят, какой-то новый ферт в край явился. Ястребов фамилия его.

— Кто говорит?

— Так ребята, водители. А Ястребов этот пришлый, не наш. У него все свое — и водители, и машины. Не из администрации он то есть.

— Понятно.

Инна посмотрела в широкий водительский затылок. Значит, о смерти Любови Ивановны еще ничего не известно. Если бы было известно, это стало бы новостью номер одни, а не приезд «нового ферта», у которого «все свое».

Господи, помоги мне!..