Первое правило королевы

 — А вы хотели… верстки поглядеть?

Сидор Семенович отлично помнил те времена, когда без высочайшего партийного одобрения не выходил ни один материал, даже в рубрике «Объявления».

— Нет, — успокоила она его, — верстки я смотреть не стану.

— Тогда, может, кофейку? — заботливо спросил Сидор и опять оглушительно закричал, но уже не сходя с места: — Лида, Лида!!

Ясное дело, никто не отозвался, и главный редактор посмотрел на Инну виновато.

— Нет-нет, — поспешно отказалась она, — я не хочу, спасибо. Мне бы узнать, что это за журналист у вас пишет.

Главный редактор замер. Зазвонил телефон, он сорвал с него трубку и метнул ее в кресло. Потом посмотрел на Инну оценивающе, словно соображая, надо ли выдавать тайну. Соображая, он почесывал в худосочной бородке. Сигарета дымилась, и Инне казалось, что он сию минуту непременно себя подпалит. Она даже чувствовала запах жженого волоса.

— Да как вам сказать… — Сидор почесался в последний раз и понес сигарету к пепельнице, но опоздал.

— Ах господи, да ни на что, — стараясь быть как можно более убедительной, словно в сердцах сказала Инна. — Мне нужно с ней поговорить.

— Да о чем с ней говорить! Я вам вот порекомендую Льва Самойловича Ронинсона. Это наш постоянный автор, журналист с пятьдесят третьего года, такие статьи пишет, что всем московским щелкоперам сто очков вперед даст, и на прошлой неделе как раз его обзор…

— Нет, — перебила Инна, — не надо мне Льва Самойловича! Мне бы Громову, или как там ее.

— Да на что она вам нужна?! Вот могу порекомендовать Медведкову Клаву. Хоть и молодая, сорок семь всего, а такие материалы по культуре дает, до слез прямо!..

— Не надо мне Клаву! А что за секреты, Сидор Семенович? Или она у вас в разведку ходит, эта Громова?

— Так вы небось не просто так интересуетесь, — вздохнув, себе под нос пробормотал главный редактор.

— Для чего?.."

"— Или по шее дадите, или заставите про кого-нибудь писать! А у нас пресса демократическая, нашей газете весь город доверяет, вот в прошлый раз написали, что воду прорвало на Лесной, а никто не чинит, так после этого председателя хозяйственной комиссии…

— Знаю, — перебила его Инна, — конечно, знаю! Уволили его с треском.