Персональный ангел

Щеки замерзли от слез – ветер, холодный и крепкий, нес из Норвегии стужу.

Что со мной?! Я никогда не разрешал себе думать об этом. Я не разрешаю себе думать об этом и сейчас. Да что же со мной?!

Он торопливо вытер глаза и повернулся в сторону берега. Ребята стояли близко друг к другу, Тимофей видел огоньки их сигарет. Леша как-то сказал, что они стали курить, чтобы было не так долго ждать его с совещаний, встреч, свиданий. И с пирса."

"Все в порядке. Никто ничего не видел. Никто ничего никогда не узнает. Это точно.

Он уговаривал себя и верил. Уговаривал, и дрожь проходила. Уговаривал, чтобы можно было продолжать жить.

Он швырнул в море остатки зажигалки и зашагал к берегу, недоумевая, почему вдруг вспомнилось все это? Дьявол приходил только по ночам, днем он появлялся редко и исчезал очень быстро.

Почему вдруг сейчас?

Может, все дело в девице, смущавшей покой Тимофея вот уже четыре дня. Он хмыкнул и засунул в карман замерзшую правую руку. Охрана, завидев шефа, радостно пристроилась сзади. На собственной Тимофеевой территории они никогда особенно не напрягались, зная, что мимо наружной охраны даже муха не пролетит, не то что местный калининградский террорист.

Что же такое в этой девице, что волновало его? Никогда в жизни он не позволял себе волноваться ни из-за одной женщины.

Он едва помнил, как женился. На Людмиле – потому, что время пришло и все женились. На Диане – потому, что по статусу нужно было иметь жену, юную и красивую, как греческая богиня. Что о нем думали его жены, как относились к своей роли, которую обе они исполняли в разное время и с разным успехом, он не знал и знать не желал. Ему было не до них.

Первая пришлась как раз на пору становления, когда бизнесу было отдано все, и душа, и тело.

Время от времени стрясались у него более или менее случайные ночи с более или менее случайными женщинами, большинство из которых он вряд ли бы вспомнил на следующий день по имени.

Юлию Духову помнил.

Она его забавляла.