Переводчик с эльфийского языка

Все равно бы извозчика пришлось нанимать, не посла же навьючивать. И вообще, пусть лучше дома посидит, целее будут и он, и мои нервы.

Так что, зачитав послу ответ, что пусть уважаемый Кариэль отдыхает, а я уж как-нибудь сама, поскорее сбежала из дома, пока эльф опять не заговорил. Соблазн запереть его на замок был велик, но, наверное, это не слишком гостеприимно и дружелюбно. С послами так не поступают.

Едва ли не бодрой трусцой я добралась до дома, забежала на свой второй этаж и вытащила из-под кровати огромный чемодан, который купила по случаю отъезда в училище.

Помню, как ликовала, когда у меня обнаружился пусть и слабенький, но магический дар. А уж с какой завистью на меня смотрели братья и сестры! Собственно, их у меня равное количество – два брата и две сестры, а я средняя по возрасту. Правда, недовольство родителей несколько омрачало картину, но я была слишком счастлива возможности вырваться. Жизнь в деревне среди грядок и кур меня никогда не прельщала, как и братьев с сестрами, но у них особого выбора не имелось.

К сожалению, быстро выяснилось, что моего дара слишком мало для чего-то серьезного, так что великой магичкой мне не стать. Но я и не претендовала, любая работа интереснее огорода – так я думала, пока не начались практические занятия, где ты сутками варишь зелье, отмеряя по грамму каждого ингредиента, без возможности отлучиться даже в туалет, отвернуться или лишний раз моргнуть. Моргать вообще страшно – есть серьезный риск закрыть глаза слишком надолго и уснуть.

Все это на ногах, над кипящим и парящим котлом…

И все же я не жалела о сделанном выборе. Есть в работе зельевара что-то такое, что заставляет чувствовать себя настоящей женщиной, то бишь ведьмой из старых сказок, которыми пугали нас в детстве родители. Забавный факт, что их дочь в итоге выросла тем самым объектом-страшилкой.

Сначала в чемодан я старалась складывать все аккуратно, чтобы потом меньше гладить. Но вещей даже для него одного оказалось слишком много, пришлось утрамбовать и разложить то, что не влезло, еще по двум объемным сумкам, которыми родители передавали мне «урожай».

Осталось стащить все добро вниз и найти извозчика…

– Злата! – как обычно без стука влетела ко мне квартирная хозяйка. – Неужели ты съезжаешь?!

И столько сожаления в голосе, что я почти поверила в ее искренность. Но за год, что я здесь прожила, неплохо успела изучить непростой характер Маризы Брон, склочной, вредной, любящей цепляться к любой мелочи.