Перемирие с мажором

Дожилась собственный паспорт, как милостыню, с протянутой рукой выпрашиваю. Он ведь ему не к чему. Рома, похоже, вообще про него забыл. Я всё ждала, что он потребует что-нибудь или придумает какую-нибудь каверзу, но нет. Тишина. И сейчас ничего. Он даже не шелохнулся. Каменное изваяние, что б его.

- Девятов! Дай паспорт!

- Поедешь на поезде, - констатация, а не вопрос.

Киваю и злобно прищуриваюсь.

- Делаем так. Я покупаю билет на самолёт на дату, когда поезд пребывает в твой город и обратно на день, когда ты должна сесть на обратный.

Освободившиеся дни проводим не выползая из кровати, - я аж поперхнулась от уверенности, с которой он всё решил. Его самоуверенность сейчас гейзером среди комнаты зафонтанирует.

Перспектива провести с ним почти пять дней только вдвоём заманчива. Безумно. Внутри зарождается дикое желание согласиться без раздумий, но блин... Мало того, что он единолично решил, так ещё и оплатить решил.

Открываю рот, как птенец в ожидании еды, чтобы высказать всё. И закрываю. Я даже не знаю с чего возмущаться начать.

Он вальяжно подходит ко мне, кладёт руку на мой рот и нарочито медленно говорит:

- это будет мой тебе подарок.

Он достаёт папку с документами, открывает главный документ удостоверяющий мою личность и начинает кликать в телефоне.

- Это слишком дорогой подарок! - я, в принципе, и не рассчитывала на подарок от него.

Ему я ещё не придумала, что подарить. У него всё есть.

- Воронова, не начинай истерить. Я уже заказал.

Автоматом беру протянутую заветную папку. С одной стороны, внутри всё подпрыгивает и плавится от желания побыть с ним, а с другой, каким словом не назови, я уже чувствую себя должной ему.

Он уже снова погрузился в документы, а я всё стою, как вкопанная. Как он так всё перевернул?! Имеет ли смысл теперь протестовать?!

35 Неизбежная правда

Я зависла.

Глупо стою посреди комнаты и наблюдаю за Ромой. Он подносит кружку остывшего кофе к губам, делает глоток и кривится. Я опять забыла сахар. Сама пью без сахара и каждый раз забываю ему положить его пять вожделенных ложек. Я никогда не пойму как можно пить сладкий кофе, тем более приторный до рези в глазах. Девятов говорит, что не удивительно, если вместо крови шоколад.