Перемирие с мажором

Я настолько зациклилась на своём желании съехать побыстрее, что вцепилась в работу в этом заведении, как за спасательный круг. Озарение погуглить информацию о ""клубе"" снизошло только после Роминых слов. Долго искать не пришлось. Первая страница шестая строчка, и, вуаля, форум, посвященный официанткам и глубине их глоток. Вот ведь, ослица, никого не слушала, что я и работа в ночном клубе несовместимы. Правильно, зачем головой думать, когда можно убедиться на практике. Молодец. Разбавила рутину. Убедилась.

Год кропотливого накопления нелестных характеристик в адрес Девятова потрачен зря.

Я абсолютно не знаю человека с которым временно делю кухню и ванную. Кардинально моё отношение к нему из-за одного дня не изменилось, но парочка светлых пятен в палитре негатива все-таки пробились.

По дороге от автобуса до университета лишние мысли улетучиваются. В здание я захожу без булыжника страха на спине. Твердо. Уверенно. Чудотворная сила участия и видеоигр. Надо обязательно ему спасибо сказать. А лучше приготовить.

Первые две пары проходят легко. Я включаюсь в процесс по полной: вдумываюсь, делаю пометки, лезу в дебри понятий. За исключением, двух последних дней, так было всегда. С приближением обеда появляется небольшая нервозность. К одногруппницам больше не липну, поэтому перспектива одной находиться среди массы студентов несколько пугает. К наступлению обеда боевой настрой берёт своё и я успокаиваюсь.

Зря. Начав двигаться на выход из аудитории, я останавливаюсь и пропускаю всех перед собой.

Парень стоит напротив двери и смотрит прямо на меня. Это определённо он, несмотря на отсутствие детальных воспоминаний о его внешности. Выше меня почти на голову, большие карие глаза, нос с горбинкой и острый подбородок. При свете дня, в многолюдном здании он не кажется пугающим. В нём нет той агрессивности, скорее наоборот какая-то забитость. Разговаривать и выяснять причину его появления желания нет, поэтому ускоряю шаг, стремясь затеряться в толпе."

"Целых два шага успеваю сделать, прежде чем его рука ложится мне плечо и звучит неприятный до зубного скрежета голос:

- Кать, привет.

Можем поговорить, пожалуйста.

Несмотря на вежливость, просьба заставляет внутренне сжаться и поддаться страху. Не такому мощному как воскресный, но достаточному, чтобы начать выискивать знакомые лица в окружающих.

- Извини меня, пожалуйста, за тот вечер,- извинения звучат почти искренне.

- Хорошо, - что только не скажешь, чтобы отвязался.

Сбрасываю руку и иду дальше.