Перед смертью не накрасишься

– А почему нервничает-то?

– Как это почему? А вдруг увидят? А вдруг узнают? А вдруг жене доложат?

– Значит, твой папик не хочет потерять свою супругу?

– Да что вы! Он ее обожает! Уж не знаю за что, но обожает. Когда она звонит, он прямо трясется: «Да, солнышко, да, пупсичек, да, рыбка». Меня он назвал рыбкой всего лишь один раз за все время наших с ним отношений. И то, когда я влезла в ванну и пускала под водой пузыри. Тогда-то он и сказал, что я прямо как рыбка. Но согласитесь, это ведь совсем другое дело?

Подруги были согласны.

– Да ладно вам завидовать! – отмахнулась Лидка. – Он и квартиру мне хочет купить только затем, чтобы визитов хозяйки избежать. Вот тоже настырная баба! Приходит, когда ей заблагорассудится. Иногда папик у меня, ему уходить давно пора, а Татьяна Матвеевна снаружи все под порогом ошивается.

– Но ты ведь встречалась сегодня с Владимиром Ивановичем на улице!

– Сегодня было исключение из правил. Просто я по этим туфлям уже несколько недель с ума схожу. А тут вижу, скидка на них появилась! Ну я давай скорей своему Володику звонить. Честно говоря, думала, он меня пошлет или попросит до вечера подождать. А он ничего. Подъезжай, говорит. Ну я и подъехала.

Все правильно! Эрика умерла и больше не могла застукать мужа с его юной любовницей.

– А ведь правда он сегодня какой-то кислый был, – вспомнила Лида. – Меня даже не поцеловал. Сунул денег и бежать хотел. Я его спрашивать стала, когда он ко мне приедет. Я же не нахалка какая-нибудь, чтобы деньги взять и не отработать.

– А он что?

– Отстань, говорит, Лида. Не до тебя сейчас. Ну, я, понятное дело, обалдела. Как это, думаю, деньги дал, а секса не хочет.

– И жена, и брат, – напомнила ей Кира. – Николай.

– Да вы мне уже пятый раз про этого Николая говорите. И что он? Умер?

– Неужели тебе Владимир Иванович ничего не рассказывал про свою семью?

– Ну, говорил, что жена у него. Про жену он мне много говорил. А про брата… Вот вы теперь сказали, что брат у него был, я вспомнила.