Пассажир без багажа

Только теперь Варя поняла, что это совсем молоденькая девушка – лет семнадцати, не больше. Наверное, Варя казалась ей взрослой и солидной – та просто не смогла ее вовремя остановить, не хватило решимости. Но теперь девушка, наверняка, очень жалела о своей уступчивости. В ее глазах застыл страх – и ожидание чего-то. Наверное, чего-то недоброго – иначе она не старалась бы сохранять дистанцию в два-три шага.

– Пленки там, – повторила она, указывая в сторону торгового зала. – А здесь ничего нет.

– Кабинет закрыт? – спросила Варя, хотя и сама уже видела бумажные печати, облепившие дверной косяк.

 – А моя пленка, наверное, все-таки в кабинете, а не в зале… Понимаете, мы были довольно близко знакомы с вашей заведующей, и та взяла у меня заказ неофициально – без всяких там квитанций. Думаю, что пакет лежал у нее в кабинете… Наверное, кусок пленки вывалился, и до сих пор находится там. На столе или под столом…"

"Девушка как будто приободрилась. Она пожала плечами и довольно снисходительно сообщила, что раз пленка там – ее сейчас не достанешь.

Кабинет был опечатан со всеми находившимися там предметами – вынесли только сумку и плащ Елизаветы Юрьевны.

– Ну и, конечно, ее саму тоже… – Она понизила голос. – Знаете, я в жизни такого ужаса не видела… Мне удалось туда заглянуть – мамочки! На столе прямо лужа крови. Говорят, ей горло перерезали… Вы, значит, были знакомы? У нее дети, муж есть?

Варя неопределенно покачала головой. Это можно было расценить и как утвердительный кивок, и как отрицание. Она подумала, что в самом деле, совсем ничего не знает о заведующей.

Правда, та дала ей свой домашний телефон – чтобы, в случае чего, связаться… Но Варя звонила ей только раз – чтобы известить о похоронах Андрея. Трубку взяла сама Елизавета Юрьевна. С кем она жила и что это была за жизнь – Варя не имела никакого представления. До сегодняшнего дня это ее вовсе не интересовало.

– Значит, ее все-таки зарезали? – переспросила Варя. – Она не смогла бы это сделать сама? Что говорит милиция?

– Говорят, что зарезали, я слышала краем уха… Я-то сама ее как следует не видела – только, когда выносили, на носилках.

У всех посетителей взяли телефоны и адреса, а нас собрали в торговом зале и велели запереть входную дверь. И подробно со всеми разговаривали, даже со мной. Елизавету Юрьевну вынесли через запасной выход, – затараторила девушка. Она, как видно, успела проникнуться доверием к посетительнице. – Я видела только одну туфлю – она торчала из-под брезента. А ее саму я не видела.