Пассажир без багажа

Татьяна Робертовна повернулась к нему с искаженным от ярости лицом:

– Ну, Борис, я тебе никогда не прощу, что ты напоил эту дуру! О ней я уже не говорю! Как только увижу, вмажу, своих не узнает! Бросила мастерскую без охраны! Спасибо, хоть дверь догадалась запереть! Ну что вам? Что?! – огрызнулась она на подошедшую к ней скромно одетую женщину. – Закрыто, не видите?!

Но женщина как будто не заметила ее грубости. Она сбивчиво попросила сказать, у кого заночевала ее дочь? Вчера она не пришла с работы и не позвонила… После минутного общего недоумения выяснилось, что это – мать Лены.

– Не знаю, где она! – рявкнула Татьяна Робертовна. – Сама ее ищу! У нее ключи, мы даже на работу попасть не можем, спасибо вашей Леночке! Господи ты, боже мой, а отвечать все равно буду я!

Ирина отвела женщину в сторонку и несколько минут о чем-то ее расспрашивала. Потом подозвала Бориса:

– Ты понимаешь, она никогда не ночевала вне дома. Всегда возвращалась.

– Всегда! – подтвердила измученная женщина.

 – Я уже всех ее подружек обзвонила. Никто ее вчера не видел… Я всю ночь не спала… И вот подумала, может, она у кого-то из вас заночевала?

– А парня у нее не было? – спросил Борис.

Ирина укоризненно на него взглянула, и он замолчал. Мать Лены, нервно теребя ремешок своей потрепанной сумки, сказала, что у ее дочери никакого парня не было, и вообще она никогда бы себе не позволила остаться где-то ночевать. Ей это не разрешалось.

– Вчера она осталась в мастерской последней, чтобы убраться, – осторожно сказала Ирина.

 – Но вы же видите – все заперто… Не знаю, почему она…

Ее прервал пронзительный крик. Ирина в испуге обернулась и увидела прильнувшую к зарешеченному окну Наташу. Та всматривалась в помещение торгового зала, приложив ладони к вискам, отгораживаясь от утреннего света. Женщина опустила руки и повернулась к собравшимся. На ней лица не было.

– Там, там, – пробормотала она, как-то странно дергая подбородком. – Там, внутри… Лежит.

Все бросились к окнам.

Борису тоже удалось разглядеть то, что находилось в торговом зале. Впрочем, увидел он немного. Какой-то темный округлый предмет, в котором с трудом узнал опрокинутое ведро. Сдвинутый на середину комнаты стул – когда он уходил, стул стоял совсем по-другому. И темную, бесформенную массу на полу…

– Это она! – продолжала кричать Наташа. – Она там лежит!

– Тише, тут ее мать, – Ирина схватила ее за локоть и сильно тряхнула. – Не кричи.