Печать мастера. Том 1

 – Обрати внимание. И положение ног под столом. Чтобы правильно вводить в заблуждение собеседника, эмоции нужно выражать всем телом.

Коста выпрямил и расслабил ноги, развернул сжатые в кулак пальцы, погладив пергамент на столе.

– … почти хорошо, – мурлыкнул старик над ухом, заглядывая через плечо в зеркало, в котором отражались они оба. – А теперь снизь эмоциональный заряд ненависти, который испытываешь, вынужденный подчиняться моим указаниям, которые считаешь глупыми… вот так… а теперь добавь эмоций в глаза… Неверно.

Коста опустил ресницы – благодарности внутри не находилось, как и тепла, как и ничего прочего. Умом он понимал, что старик Сейши – лучшее, что ему повезло, что его вообще кто-то взял, но… эти игры его утомляли."

"– …ну же, – раздался голос над ухом. – Ты не покинешь кабинет, не закончив задание.

Коста подумал о Севере.

О бескрайних горах, покрытых голубоватым снегом, о высокогорных плато, сплошь усыпанных цветами весной, как ковром.

«Щенок».

Голос Мастера Хо прозвучал в голове отчетливо.

«Щенок, щенок, щенок».

И Коста открыл глаза.

Его взгляд, обращенный в зеркале к куратору, светился – непролитыми слезами благодарности, уважением, почитанием, заботой, непоколебимой верностью и готовностью следовать до самого конца. Готовностью следовать за учителем до смерти, до Грани и, если нужно будет и за Гранью. Следовать за тем, кто вырастил и воспитал его, кто кормил и учил, кто разделил свою жизнь с ним – целиком и полностью.

Светился искренней любовью к тому, на кого он смотрел.

Сейши подслеповато моргнул – раз, два, и не удержал лицо – Коста уловил недоумение, изумление, когда их глаза встретились в зеркале, пока старик снова не надел привычную маску – стеклышки очков сверкнули на свету, когда он отстранился.

– Кхе…кхе… хорошо… да, хорошо… читай… и следи за лицом.

Коста уткнулся в пергаменты, разворачивая первый свиток «Стратегис».

Может, он и не знает, как надо. Может и умеет не много.