Сволочь ненаглядная

Тут же внизу понеслась синяя линия, заморгали точки, и возник текст, но совершенно не связанный по смыслу. Я уставилась на экран. Это явно Сережкина статья, вот название и фамилия автора, но что случилось с содержимым? Минут пять понадобилось, чтобы сообразить – проклятая машина расставила абзацы по алфавиту. Сначала шли те, которые начинались с буквы «а», потом «б» и так до «я».

В ужасе я нажала «Esc», но компьютер выдержал удар и вывесил окно «Закрытие файла невозможно из-за некорректного выхода». Все. Больше я ничего не достигла, не считая того, что весь экран обвесился какими-то сообщениями, и в углу возникло уже две гадко ухмыляющихся скрепки.

В полном отчаянии я нажала на мышку, и тут ожил принтер. Приветливо моргая лампочками, он принялся услужливо распечатывать Сережкину статью, ту самую, с расставленными по алфавиту абзацами. Чувствуя, что сейчас просто потеряю сознание, я выдернула чистый лист бумаги. Аппарат обиженно загудел, компьютер заурчал и завис.

Я пошла на кухню и горестно уставилась на холодильник.

– Ты дома? – спросила Юля, входя в кухню.

Дурацкий вопрос, если учесть, что я стою прямо перед ней. Глупей его только тот, который, как правило, задают по телефону в воскресенье, в 8 утра.

– Я вас не разбудила?

Конечно, нет, просто обожаю по выходным вскакивать в полседьмого.

– Что-то случилось? – зевнула Юля. – Ты вроде не в духе.

– Включи программу с адресами.

– Без проблем, – пообещала она и ушла.

Я затаилась между мойкой и столом, ожидая услышать гневные вопли типа: «Кто это сделал!»

Но в комнате стояла тишина, потом Юлечка сообщила:

– Иди, готово.

Не веря своим ушам, я вошла в «кабинет» и попросила:

– А можешь открыть Сережкину статью?

– Запросто, но зачем?

– Надо посмотреть.

Юля пожала плечами:

– Любуйся.

На экране возник текст. Я разинула рот – все в полном порядке. Нет, дурацкая консервная банка надо мной издевается!"

"Соболевых оказалось в Москве восемнадцать, из них Галин девять, но отчество Владимировна имели только две.

Детский голос прочирикал:

– Вам кого?

– Галину Владимировну.

– Бабуля! – заорал ребенок с такой силой, что я чуть было не выронила трубку. – Бабуля, тебя.

Повисла пауза.