Пари на любовь

И сотрудничать с тобой никто не станет.

Потом была адская боль и разрывающая сознание агония. Вампиры наслаждались мучениями жертв. Они упивались ими. Крики, стоны, кровь, куски плоти – все это успел заметить стихийник до того, как оказался в полной темноте в паре с тем, кто страховал спину.

А вот потом он вдруг осознал, как хочет жить и мстить. Кому – пока сам не понял, но одно он знал наверняка: он станет тем, кто возвеличится над всеми. Все, что было в нем светлого, ушло, заполнив душу чернотой и гнилью.

По пути отыскал несколько мертвых душ, некоторые оказались с даром. Фирет ни секунды не раздумывал, он по ходу выпивал тех, в ком ещё немного сохранились зачатки дара. Свою то силу отдал, а остаться совсем без ничего он не желал. Что именно он незаконно присвоил, будет разбираться после, главное – выбраться отсюда.

И вот он, выход уже замаячил перед глазами, ещё с пяток шагов,и можно строить планы по захвату мира, как появилась она – Госпожа Γрани и изнанки."

"– В тебе не осталось ничего человеческого, – начала она, поглядывая на Фирета, как на насекомое. - Но ты прошел иcпытание, пусть подлыми методами. Значит, покинешь это место, но не человеком, личем. Для такого слизня это самый подходящий вариант. Награды не жди, ты ее сам себе организовал. Предупреждаю, следующее попадание в мой мир окажется для тебя последним.

Она взмахнула появившимися крыльями и просто вышвырнула Фирета в мир людей. Туда, откуда он к ней и попал. В самую гущу сражения. На губах лича возник оскал. Он двинулся к вампиру, посмевшему его оскорбить. Не ожидая ничего опасного, ни один кровосос не обратил внимания на человека, а зря. Бывший стихийник впился враз отросшими клыками в горло клыкастого.

Летели заклинания, сыпались проклятия, а Фирет… Наслаждался, впитывая в себя все, чем его так любезно угостили. Именно в тот момент, накачанный под завязку чужой магией, он из низшего превратился в Высшего. А когда осознал, что может пользоваться чужой магией, так и вовсе закричал от радости.

Через пару часов не осталось никого живого. Ни людей, ни вампиров – никого.