Парень подруги. Ты не для меня

Я же осторожно шла следом за медсестрой, ведь меня пока ещё знатно штормило от удара головой, и ощущала себя той, о которой есть кому переживать и заботиться. Той, которая больше не одна и у которой есть то самое крепкое мужское плечо, о котором слагается столько легенд. Никогда не думала, что поймаю это ощущение именно рядом с Ланским… Да ещё и не смогу от него отделаться.

Мы дошли до конца того же самого этажа и вошли в одну из крайних палат. Медсестра вкатила мою тележку и оставила её у тумбочки.

Вау… Вот это номер-люкс! Как будто в другой мир вообще попала. В параллельную вселенную этой самой больницы.

— Ну вот, располагайтесь, — развела она руками. — На тумбочке пульт от телевизора, сплит-системы, если жарко станет, и пульт от жалюзи. Их можно поднимать и опускать по вашему желанию. Холодильник работает, микроволновая печь в палате запрещена, но она есть на общей кухне. А эта дверь ведет в санузел.

— Здесь отдельная ванна и туалет? — подняла я брови вверх.

— Конечно, — кивнула она. — Только не ванна, а душевая кабина.

— Понятно, спасибо, — сказала ей я.

— Отдыхайте. Вот здесь кнопка вызова персонала. Если что — зовите.

Она ушла, а я заглянула в ванную комнату. Свой душ — это особенно круто!

Не стала отказывать себе в удовольствии и сразу же направилась первым делом в душ. Открыла молнию сумки и вынула оттуда чистое бельё и полотенце. Застыла с ними в руках.

Блин, Мир брал в руки мои трусики и лифчики.

Мирослав держал в пальцах моё бельё. Это очень будоражило и смущало. Впрочем, вряд ли он обратил на него внимание — оно слишком дешёвое и простое. Готова поспорить на что угодно, что его пассии носят нечто гораздо более красивое и дорогое…

После душа плюхнулась на кровать. В комнате хорошо и прохладно, сплит-система прекрасно охладила её. Тишина и покой очень радовали.

Мир всё же молодец… Как только ему в голову пришло купить для меня эту палату? Я ведь не просила об этом, только сказала, что в общей палате некомфортно находиться по ряду причин. Оплатить отдельную палату — его личное желание.

Что ж… это приятно. Приятно настолько, что улыбка сама собой играла на губах, а я испытывала сладкое удовольствие. Была бы рядом эта сволочь, я бы его щетинистую моську опять расцеловала.

Нахмурилась сама себе.