Парень подруги. Ты не для меня

Да, понимаю, что всё это было ДО наших отношений, но это не отменяет того факта, что мой парень — тот ещё свин! Разве можно так с девушками поступать? Да, я знала, какой он, и с кем связалась. Точнее, думала, что знала — бабуин. Но что он ещё и свин высшей степени — нет, не догадывалась!

Но отведенное время больничного листа вышло, и мне пришлось вернуться. На учебе мне удалось избежать с ним встречи, хотя было неудобно без половины вещей и тетрадей с конспектами, которые остались в его квартире.

— Ди! — кинулся он ко мне, выпучив свои серые бабуиньи глаза, и потянул лапы ко мне.

— А ну отвали! — возмутилась я, попытавшись оттолкнуть его, но была прижата к стене, а его горячие лапы обхватили мои руки. — Отстань!

В нос ударил его парфюм, запах кожи, тела касалось его тепло, словно бы проникая в меня. Блин… Всё равно люблю, сволочь.

— Ди, прекрати вести себя как ребёнок! — сказал он, приблизив своё лицо к моему. — Я тебя все три дня искал, с ног сбивался. Куда ты сбежала, даже не поговорив со мной?

— Я сказала, не трогай меня! — прошипела я и стала извиваться змеёй в попытках вырваться.

Из кармана джинсов с громким стуком выпал на кафель мой телефон. Послышался треск стекла.

— Блин, придурок! — заорала я. — Ты мне телефон разбил!

— Он сам выпал, — сказал Ланской, отпуская меня и опускаясь к телефону.

— Ну вот! — всплеснула я руками. — Оставил меня без телефона!

— Ну, ты меня, помнится, тоже оставляла без телефона, — усмехнулся гад своей красивой до одури мордой. — Так что теперь мы квиты.

— Мне родители не подарят другой, как тебе!

— Я подарю тебе телефон, Ди. Только прекращай ругаться, — улыбнулся паршивец обаятельной улыбкой. — Всё равно эту рухлядь надо было давно сменить.

— А теперь у меня даже говна нет!

— Я тебе другое подарю, сказал же, — повторил он и нахмурился. — То есть это… не говно другое, конечно. Телефон. Хороший."

"— Не надо мне ничего от тебя, ясно? — вскинула я гордо подбородок. — Или ты мне так решил за секс по щелчку пальцев заплатить?

— Ди, не надо меня так обижать, — сказал он негромко, глядя мне в лицо.