Пара для дикого альфы (СИ)

— Дорогие возлюбленные, мы собрались здесь, дабы… — речь священника я слушала вполуха, опуская глаза, чтобы не видеть Штейна, хотя его взгляд всё ещё шарил по мне. Причём так откровенно, что он прожигал.

Ещё хуже стало, когда он взял меня за руки. Чёртова традиция, без которой можно было обойтись. Конечно, молодожёны с руками за спиной смотрелись бы странно, но во всяком случае не так фальшиво. Пальцы нежно надавили на мои запястья, от чего по коже пробежал холодок, а потом такое странное возбуждение стало подниматься внизу живота, охватывая меня огнём.

— Райан, согласен ли ты взять в жёны Марго? Будешь ли ты любить, уважать и нежно заботиться о ней и обещаешь ли ты хранить брачные узы в святости и нерушимости, пока смерть не разлучит вас?

— Да, обещаю, — от бархатистого властного тона по спине побежали мурашки, губы пересохли так, что мне захотелось смочить их чем-нибудь. Хотя бы приготовленным для нас шампанским.

— Марго, согласна ли ты взять в мужья Райана? Будешь ли ты любить, уважать и нежно заботиться о нём в Господе, и обещаешь ли ты хранить брачные узы в святости и нерушимости, пока смерть не разлучит вас?

— Да, обещаю, — сказала бегло и совсем «не празднично».

Спустя ещё несколько типичных, сказанных уже на память слов, появились и кольца. Первое в свои руки галантно взял Штейн.

— Прими это обручальное кольцо как символ и обещание моей любви и верности, — его сильные пальцы быстро подняли мою ладонь, словно бы для поцелуя и медленно надели колечко на палец.

Настала моя очередь.

— Этим кольцом я обещаю хранить любовь и верность, — говорила неубедительно. Какая здесь любовь? Спустя пару часов застолья он наконец сделает это. И вот то, чего я так боялась. Может, он и вёл себя спокойно, пока я болела, но тут-то точно сдерживаться не будет, он просто… Просто поведет себя, как оборотень-дикарь. И, видимо, это отразилось на моём лице.

Не дожидаясь ответных слов священника, Райан властно прижал меня к себе, набрасываясь на мой рот.

Он провёл языком по губам, часто дышал, словно пытался запомнить мой запах и больше никогда не забывать, а я… А я почувствовала, как падаю. Нет, не на пол — в омут необъяснимого удовольствия. Его язык вторгся в мой рот, сплетаясь в страстном танце с моим. Влечение к нему становилось всё сильнее, я сама не заметила, как стала принимать его поцелуи и, под аплодисменты и счёт гостей, растворяться в собственном желании.