… Para bellum!

А когда они в одних руках, то и ответственный за сохранность объекта один. А как он его защитит – зенитками или авиацией – это его вопрос.

Поэтому зенитки Геринга так легко участвовали в наземных боях – уничтожали танки, доты. Какая разница как эти цели будут уничтожены – бомбой пикирующего бомбардировщика или пушечным снарядом? Снарядом дешевле, так что – пусть зенитки стреляют по танкам!

Это общая идея Военно-воздушных сил Германии. Теперь о её воплощении.

Противник Люфтваффе – вражеские самолёты – очень быстрый, команды на его уничтожение надо давать очень быстро, а основные средства борьбы с противником – свои самолёты – находятся в небе, столбы с телеграфными проводами к ним не проложишь.

Геринг и Гитлер с самого начала поняли, что ВВС без радиосвязи ничего не стоят, поскольку самолётам в воздухе нельзя передать команду, а значит они не управляются в принципе. А неуправляемые войска – это не войска. Поэтому Гитлер и Геринг обеспечили всю свою авиацию надёжной современной радиосвязью, причём, по максимуму.

У авиации много задач, но давайте, применительно к немцам, рассмотрим только две из доклада П. В. Рычагова – завоевание господства в воздухе и взаимодействие с войсками.

Господство в воздухе"

"Господство в воздухе достигается уничтожением самолётов противника на земле и в воздухе, и въедливый С.

– Вы сказали о потерях (японцев) на аэродромах, а вот какое соотношение в потерях на аэродромах и в воздухе?

– Я считаю, что соотношение между потерями на аэродромах будет такое: в частности на Халхин-Голе у меня было так – 1/8 часть я уничтожил на земле и 7/8 в воздухе.

Но в докладе Рычагова говорится только об уничтожении самолётов противника на земле, и ничего не говорится даже в профессорском стиле, как организовать их уничтожение в воздухе.

Повторюсь, не говорится потому, что организовать это было невозможно. На Халхин-Голе, где японцы не могли появиться нигде кроме как над сосредоточенными на небольшой площади нашими и японскими войсками, хватало телефонной связи.