Паноптикум

Времени все меньше. Оцепенение рядом. Я почти не осознаю то, что читаю. Сдавшись, отложила телефон и посмотрела на Асаева.

— Эмин, а ты кто по национальности? — негромко спросила, скользя взглядом по чертам его лица.

— Намешано всего. — Спустя паузу отозвался он, все так же не отводя взгляда от экрана. — Предки точно аланы были с обеих сторон. Так что я отвечу, что я алан. Хотя кровь нехило так разбавили. Всем что можно. И тем что нельзя. Прабабушка с отцовской стороны у меня молодец, конечно, смелая женщина была.

— Алан… Алания. Это Турция. Ты турок? — в голове вообще вата.

— Аланы это этническая группа. — Эмин поджал губы, бросив на меня краткий скептичный взгляд.

— Где ты родился? — чувствуя уязвление, спросила я. Не могу. Хочу слышать его голос.

— Москвэ. — Эмин отложил планшет на спинку дивана и потянулся. Вроде бы закладывая руки за голову. По факту складывая их на моих коленях. Успокаивающе.

— Э… а сюда по работе, да?

Эмин как-то очень уж по злодейски хохотнул многозначительно глядя на меня и тем самым отбивая всякую охоту дальше расспрашивать.

— Ян, а кто я? — чуть прищурился, спросил совсем негромко, прикусив губу и улыбаясь уголками губ.

— Криминальный авторитет.

— Мимо.

— Держатель общака?

— Боже мой. — Недовольно поморщился и снова взял планшет, потеревшись затылком о мое бедро.

— Я не разбираюсь. Смотрящий?

Асаев пытался сдержаться, но все равно прыснул.

— Я бизнесмен, угомонись, женщина.

— Асаев, кто ты? — протянула руку и взяла пальцами за подбородок, приподнимая его лицо и глядя в его глаза, на дне которых плескалась насмешка.

— Крымынальный автаритед. Вор у законы. — Фыркнул и повел головой, вырывая подбородок из моих пальцев. Снова уткнулся в планшет. — Пахан, блядь. Ты в каком веке-то живешь? С Казаковым два года работала и вообще ноль.

— Ну знаешь, — отобрала у него планшет, удобнее устраивая его голову на затекшем бедре.

"— Какие титулы у бэзнесмэнов? — Иронично улыбнулся уголком губ Эмин, прикрывая глаза и снова закладывая руки за голову. С той же целью. Я поняла, что он скажет то, что мне не понравится. Для того и жест успокаивающий. Повела ногой, ослабляя нажим — лишнее. Уже давно это лишнее. Он расслабил руки и спустя длительную паузу негромко и задумчиво добавил, — титулы… все это давно купить можно.