Падший

– Что ты здесь делаешь? – встревоженно уточняет Джей, мышцы на его шее напрягаются, когда он начинает догадываться о том, что происходит.

– Пришло время нам поговорить, Джейяк, – спокойно говорит Мэделин в ответ.

Он разворачивается на месте. Однако ловушка уже пришла в движение.

Прежде чем Джей успевает сбежать, Арджун хватает его за запястье, заставляя нашего наемного убийцу застыть на месте.

Все происходит точно как мы запланировали.

Джей

В тот самый момент, когда Арджун притронулся к запястью Джея, Джей понял, что все потеряно.

В последний раз его умудрились обхитрить подобным образом еще давным-давно, в провинции Хунань, когда колдун Мо Гвай пытал его на протяжении целого месяца в пещере глубоко под землей. Джей будет носить шрамы того испытания всю оставшуюся бессмертную жизнь. В какой-то степени он даже был благодарен за эти шрамы. Они служили ему вечным напоминанием о его величайшей ошибке.

Время, проведенное в пещере, стало для Джея началом конца. Это были самые темные ночи на его памяти. Время, когда мысли о мести захватили его целиком, он был как уголек, вспыхивающий в пламени.

И только когда дым рассеялся, Джей осознал всю тяжесть своей ошибки. Узнал истинную цену расплаты.

Чтобы получить шанс отомстить, Джей заключил сделку с правительницей Сильван Уайль. Тогда ему было плевать на последствия. Важен был лишь результат. А теперь эти последствия пришли к нему с высоко поднятыми головами.

Подходящий конец истории, начатой так много лет назад."

"Джей смотрел на свою приобретенную семью.

На семью, которую в какой-то момент начал ценить даже больше, чем собственную жизнь. Несмотря на то что прикосновение Арджуна парализовало Джея, и он замер на том месте, где стоял, он по-прежнему находится в полном сознании. Он все видел и слышал, и чувствовал, его рецепторы оставались острыми, как у любого вампира. Смертные обычно теряли сознание, если Арджун применял свой дар. Учитывая обстоятельства, Джей бы тоже предпочел сейчас оказаться в отключке.

Нет. Он заслуживал их гнев. Их боль от разбитых сердец.

Их кару.

– Скорее, – говорит Арджун, его глаза широко распахнуты, а челюсти сжаты в напряжении от тревоги. – Джей силен. Он не останется неподвижным надолго. И я бы предпочел быть в другом месте, когда он освободится.

Отчаяние душило Джея, точно подступившая к горлу желчь. Его братья и сестры уверены, что как только магия, сдерживающая его, развеется, он захочет им отомстить. И не зря они так думают. Эмоции делают даже лучших воинов слабыми.