Падший

– Хотелось бы, чтобы так и было. Смерть Антонио застала нас врасплох, как взбешенный баран, который внезапно крушит все вокруг. – Он сделал вдох и сложил руки у себя за спиной. – Я не видел бабулю такой расстроенной со времен смерти отца Луки, моего дяди, который умер десять лет назад.

– Уверена, все пребывают в состоянии шока. Сколько лет было твоему кузену Антонио?

– Двадцать четыре года.

– Какой молодой, – заметила Селина.

Кислая улыбка появилась на лице Майкла.

– Я говорил тебе, что он сражался в одной из последних битв на войне?

– Нет, не говорил.

Майкл кивнул.

– В тот самый день, когда армия Ли сдалась при Аппоматтоксе[105] семь лет назад. Битва за Форт Блейкли неподалеку от залива Мобил. Антонио было всего семнадцать, однако вопреки просьбам родителей он отправился воевать против мятежников.

– Судя по всему, он был смелым человеком.

– Это так. – Майкл задумчиво улыбнулся, вспоминая свое прошлое. – А еще шумным, дерзким и вредным. Они с Лукой отлично ладили в детстве.

Размеренным шагом они продолжили путь по выложенной брусчаткой дороге.

– Вам удалось найти того, кто виновен в его смерти? – Селина прикусила изнутри щеку, колеблясь. – Нашли хоть какие-то зацепки, которые могут помочь найти преступника?

– Нет, мы пока его не нашли. – Что-то темное мелькнуло в ледяных глазах Майкла. – Но обязательно найдем.

– Сочувствую, Майкл.

– Спасибо, Селина.

Она подождала еще секунду, прежде чем сказать:

– Я спросила про твою семью, но… может, я могу сделать что-нибудь для тебя?

Он посмотрел на нее искоса, замялся, а затем потянулся к ее руке."

"– Достаточно того, что ты здесь, рядом со мной. Антонио был ближе к Луке по возрасту и опыту. По этой причине я не так уж много с ним общался, однако чувствую родственную связь с ним, потому что он работал в полицейском участке на Батон-Руж. Помню, как впервые сказал Антонио, что хочу стать детективом.

Селина сжала его руку крепче.

– Если тебе что-нибудь понадобится, – сказала она, – не раздумывай, дай мне знать. Даже если это только на время облегчит твое горе. Грусть порой бывает невыносимо тяжелой.

– Я не грущу. Я злюсь.

Селина кивнула. Пальцы Майкла переплелись с ее собственными, когда он придвинулся еще ближе.