Панк 57

Вступают ударные – задают ритм, потом гитары начинают играть быструю и сложную, но душевную мелодию. Миша начинает петь, сначала тихо, но потом все громче и громче."

"Все идет своим чередом,Пока их подъем твоим крахом не станет.Столько стараний потрачено зря.Столько страданий потрачено зря.Дай им насладиться своей правотой,Пока тебя в землю не закопают.Не беспокойся о пухлых губах.Все, что от них останется, – прах.Я хочу их лизнуть, пока они пахнут тобой.Чирлидер говорит: запомни этот миг,Ведь мы с тобой к нему еще вернемся.

Но у меня дела. Ты подожди чуть-чуть,совсем недолго.Мне не удержать ее, но я не отпущу ее,И пока в ее сердце огонь, а не лед или дым,Я запомню его таким.Пятьдесят семь раз не позвонил,Пятьдесят семь писем не послал,Пятьдесят семь швов, чтоб вновь дышать,А не притворяться, что дышу.Пятьдесят семь дней тебя не ждать,Пятьдесят семь раз не отвечать,На пятьдесят семь дней тебя забыть,Пятьдесят семь гребаных ночейГлаз ни на минуту не смыкать.Его глаза закрыты. У него такое красивое лицо. У меня внутри все переворачивается, потому что это лучшая песня из всех, что я слышала, и я хочу дослушать ее до конца.

Когда он успел ее написать? Когда мы ссорились? До того, как мы встретились?

Как только песня заканчивается, наша сопровождающая выходит на сцену и неодобрительно качает головой на группу. Улыбаясь, они убирают инструменты и быстро уходят со сцены, потому что разрешение выступить им дали, а вот текст никто никому не показывал. А в него закралась парочка непечатных словечек.

Дейн драматично кланяется.

Я смеюсь. Толпа ликует. Я даже не знаю, что в это время происходило в зале. Народ танцевал? Где Трей и Лайла? Я не знаю, и мне все равно.

Миша отдает одному из ребят свою гитару, а я протискиваюсь сквозь толпу ему навстречу. Он спрыгивает со сцены. Другая группа занимает сцену и начинает играть.

Миша подходит ко мне, приобнимает за талию и поднимает в воздух. Я смеюсь, несмотря на то что все лицо залито слезами.

Я касаюсь его щеки и смотрю на него.

– Я не хотела плакать.

– В этом тексте половина слов – твои, – говорит он. – Так что у нас много чего получается делать вместе, понимаешь?

– И хорошее, и плохое.

Он вытягивает шею и целует меня в губы.

– Меня все устраивает.

Я целую его и забываю обо всем на свете. Значит, 57. Он присылал мне кусочки этого текста в прошлом году, но итоговый вариант я так и не увидела.

– Я люблю тебя, – шепчет он. – И готов уехать, как только ты захочешь, так что держи меня в курсе.

– Я готова.