Панк 57

Оборачиваюсь и вижу, что Мейсен бежит за мной.

Останавливаюсь.

Он берет меня за лицо, подходит близко-близко и смотрит мне в глаза.

– Как его зовут?

– Кого?

Он наклоняется ко мне, и его губы уже в каких-то жалких миллиметрах от моих.

– Твоего друга по переписке.

Я ощущаю губами его дыхание. Потом чуть приоткрываю рот и на секунду замираю. Боже, как он приятно пахнет.

– Миша, – шепчу я.

Он целует меня, и мои губы тонут в его губах. Мои глаза закрыты.

– Как-как? – дразнится он. – Я не расслышал.

– Миша, – выдыхаю я и снова впиваюсь в его губы, проводя по его языку своим.

Он наконец от меня отрывается, вновь возбужденный, прямо как на парковке.

– Спасибо.

Он еще раз целует меня в губы на прощание, разворачивается и идет к машине.

Что это было?

Окончательно запутанная, наблюдаю, как он заводит двигатель и уезжает. Задние фары еще долго видны в темноте ночной улицы.

Я и так мало о нем знаю, но после каждого разговора мне кажется, что знаю все меньше и меньше.

Я не видела Мейсена все выходные. Суббота пролетела незаметно. Мы с друзьями провели весь день на футбольном поле, набирая из новичков потенциальных чирлидерш на следующий учебный год. А все воскресенье я просидела в комнате, слушая музыку, делая домашку и сочиняя письма Мише.

Три письма.

Два почти целиком состоят из всякой скучной, глупой фигни, а третье – о Мейсене – я порвала и выбросила. Не знаю, почему. Даже не знаю, зачем вообще его написала.

Иду по коридору школы утром в понедельник, останавливаюсь у своего шкафчика и начинаю набирать код, но вдруг замечаю черную надпись на дверце и останавливаюсь.

Что угодно, чтобы не хотеть тебя.Что угодно, чтобы не любить тебя.Что угодно, чтобы замечать других.Но ты заменяешь весь мир, детка.Я улыбаюсь. Мейсен.

Надеюсь, по крайней мере, что это его творчество. Мои щеки заливает краска, выдавая внезапный прилив радости. Почему так приятно знать, что он думал обо мне в выходные, а потом залез в школу, чтобы написать это?

Стараюсь подавить улыбку, но, как только отвлекаюсь и лезу в шкафчик, она снова появляется на лице.

Потом иду на искусство. Вхожу в класс, сразу смотрю на его парту и с облегчением вижу, что он на месте. Не знаю, почему, но я все время боялась, что мы больше не встретимся.

Он болтает с Мэнни и, как обычно, даже не замечает меня или делает вид, что не замечает.