Падение Ворона

Но его ведь придется в курс дела вводить, с людьми знакомить… Сразу все равно не получится!

* * *"

"После завтрака в небольшом нахичеванском кафе «Домашняя кухня», Ворон зашел в Октябрьский парк, прошел в глубину и сел на скамейку в тени старых тополей. Людей в это время практически не было, лишь пожилой обрюзглый мужчина прогуливался с похожим на него бульдогом по аллее вдоль газона с табличкой «Выгул собак запрещён».

Ковалёв приехал быстро, сразу нашел место встречи и безошибочно опознал своего контактёра.

– С оживлением! – усмехнулся Кузнец, когда они обменялись рукопожатиями.

– Темная история, – сказал Ворон. – Соседа схватили, а он не при делах, зуб даю!

– Похоже на то, – кивнул Кузнец, опускаясь на скамейку в метре от собеседника. – У терпилы одна рана – точно в сердце. Узкий прямой клинок, типа кортика. Изъятые кухонные ножи по форме не подходят, и крови на них нет… Да и не ударил бы он так, тем более пьян был в сиську…

– Так что, отпустили дядю Архипа?

– Да ты что? – удивился Ковалев.

– Так если не он?! И ножи чистые, и форма не та… Какая «повинная»?

Простецкий мужик сплюнул, глянул снисходительно.

– Совершено убийство. Есть подозреваемый, он признался. Это главное. Куда нож дел – не помнит, пьян был. Так что ж, отпускать такого? А кого на его место? – Он прищурился, и Ворон понял, что тот хотел сказать: «Дескать, может, тебя примерить?» Примерно так сказал вчерашний опер.

– На его место хорошо бы того, кто это сделал! – в сердцах сказал Ворон. – Потому что он хотел меня грохнуть. А раз на свободе остался, то никто ему и не помешает!

– Ну, почему же? – Кузнец пожал плечами. – Одно с другим не связано. Если надо, мы злодея найдем и накажем. Построже, чем суд!

– Ладно, ищи! – кивнул Ворон.