Ожившая легенда

— Это не повод с тобой связываться, — наверное, кто-то между ними все-таки пробежал, я нутром, точнее, эмпатически ощущала неприязнь Дарела к Майку. Но друга это не останавливало.

— Линда занята по горло, она ведь ко всему прочему еще и учеников завела, представляешь?

— Правда? — Вольс удивленно повернулся ко мне. Да что ж такое, неужели и он считает меня не способной к наставничеству?

— Да, сейчас практической работой занимаются, — подтвердила я.

— Видишь, ей не до твоих исследований, а я свободен и горю желанием с тобой поработать, — продолжать напирать Майк.

— Еще скажи — всегда мечтал, — усмехнулся Дарел, но в его ответе и чувствах уже не было прежней неприязни.

И я, пожалуй, впервые видела, как Майк применяет эмпатию на людях. И это впечатляло. Эмоциональный спектр Вольса менялся на глазах. Самого Майка будто переполняли позитивные эмоции, которые перетекали к собеседнику.

И вот Дарел, только что собиравшийся уходить, больше не спешит прорываться к двери.

— Ну так что, по рукам? — Майк протянул руку, а я едва не схватилась за сердце.

— Так просто? А как же спросить про условия, оплату и прочее? — то ли Майк ослабил эмпатическое воздействие, то ли Дарел собаку на таких делах съел.

— Да какие условия? — отмахнулся друг. — Мы же свои люди, неужто не договоримся? Мне много не надо, я больше за интерес и любовь к науке. К тому же я еще ничего не сделал, чтобы оплату с тебя требовать.

— Тебе придется дать клятву о неразглашении, ты в курсе?

Нет! Майк, скажи: «нет»!

— Не вопрос, — Майки излучал такую радость, будто и впрямь мечта всей жизни сбылась.

Дарел пожал ему руку и сел обратно на стул. Тут как раз чайник закипел, и Майк пошел колдовать над заваркой.

— И давно ты учеников взяла? — не удержался от вопроса однокурсник.

— Вчера.

Меньше всего сейчас хотелось обсуждать тему моего наставничества. А с Вольсом мне вообще ничего обсуждать не хотелось.

— Надо же, — Дарел подпер рукой голову.

Отвратительно, на самом-то деле.

— Нормально, они хорошие ребята, смышленые. Практика не помешает, конечно.

Обширная такая практика, интенсивная.

— Да ладно, вспомни себя после окончания академии. Наверняка, ты тоже не все умела и могла. Хотя и была одной из лучших, — комплимент прозвучал, как издевка. — Если бы все сложилось чуть иначе, наверняка бы во дворец к королевскому целителю на практику попала.