Отвергнутая целительница для Дракона

"

"– М-магистр… – Майкл и Дерек переглянулись, и я почти физически почувствовала, как их охватил парализующий ужас.

– Так, всё! – я решительно встала из-за стола. – Майкл Форд, Дерек Пайн, – обратилась я к студентам, – можете идти!

Парни, словно по команде, вскочили на ноги и бросились к выходу, радостно перепрыгивая через цветочные горшки. Но вот дракон их отпускать так просто явно не собирался.

– Стоять! – громовым голосом скомандовал он, и студенты замерли на месте.

 – Лопаты, перчатки… Кто будет за вас убирать? А? Или вы решили, что мисс Эванс будет ещё уборкой заниматься?

В оранжерее повисла напряжённая тишина. Я чувствовала, как от Касселя исходит волна, от которой у меня буквально перехватило дыхание. Аура дракона давила не только на парней, но и на меня саму.

Студенты испуганно переглянулись и, не проронив ни слова, поспешно вернулись к ящику с инвентарём. Я наблюдала, как они торопливо складывают лопаты и перчатки, стараясь делать всё максимально быстро и тихо, то и дело бросая нервные взгляды на Касселя.

Когда они, наконец, закончили, дракон отошёл в сторону, молча давая понять, что теперь они точно свободны.

Как только за ними закрылась дверь, я повернулась к дракону:

– Зачем вы их так напугали? Они и так получили свое наказание.

Гай усмехнулся, и в его глазах снова заплясали те самые озорные огоньки.

– Дисциплина, мисс Эванс. Без неё никуда.

Я хмыкнула, собирая свои вещи со стола:

– Дисциплина – это одно, а запугивание – совсем другое.

– Позвольте напомнить, что это вы назначили им отработку, – с лёгкой улыбкой констатировал Кассель.

– Да, назначила, – не стала спорить я. – Но я не пыталась их запугать до полусмерти!

Я захлопнула блокнот с такой силой, что по оранжерее эхом разнёсся хлопок.

Кассель неожиданно оказался совсем рядом. Настолько близко, что я почувствовала исходящее от него тепло.

Драконы всегда горячее обычных людей – это я знала из книг, но одно дело читать об этом и совсем другое – ощущать на себе. От него пахло морем и грозой, а ещё… ещё чем-то неуловимым, волнующим и… притягательным.

– Знаете, мисс Эванс, – проговорил он, его голос сейчас звучал удивительно мягко и хрипловато, – иногда страх – лучший учитель.

Я хотела возразить, но слова застряли в пересохшем горле.