Отвергнутая целительница для Дракона

Здесь, в полумраке коридора, вдали от фальшивых улыбок и пустых любезностей, отец, казалось, сбросил маску светского этикета, обнажив настоящие эмоций.

Я чувствовала, как он напрягся, видела, как вздулись на его висках вены, а челюсти сжались так, что желваки проступили сквозь кожу. Ещё немного, и отец не сдержится и самолично ударит моего бывшего жениха. Однако я не могла этого допустить. Хватило и моей ошибки.

Я решительно сделала шаг вперёд, встав между отцом и надвигающимся на нас Генри.

– Что случилось? – спросила я.

– Забыл кое-что вам передать, – ответил он, изобразив на лице виноватую гримасу. – Приглашения на нашу свадьбу.

Вот же скотина…

– Что ж, давайте, – процедила я сквозь зубы, протягивая руку.

– Их только вчера напечатали, они лежат в другой комнате. Пройдёмте со мной.

– Лучше я схожу, – отец сделал шаг вперёд.

– Нет, всё в порядке, – остановила я его.

– Кара?

– Правда, – я обернулась через плечо, – всё в порядке. Можешь не переживать.

– Ладно, – нехотя согласился отец, окидывая Генри ледяным взглядом.

– Конечно, месье, – ответил бывший жених, и на его лице расплылась фальшивая улыбка, от которой меня передёрнуло.

Генри привёл меня в небольшую комнату, обставленную с тем же вычурным богатством, что и весь дом: тяжёлые бархатные портьеры на окнах, позолоченная мебель, бесценные картины на стенах.

Эта обстановка казалась мне невыносимо душной.

Он взял со столика, инкрустированного слоновой костью, конверт и протянул мне.

– Надеюсь, ты придёшь?

– Зачем тебе это, Генри? – я взяла приглашение и не глядя засунула его в кармашек платья.

Приходить на его свадьбу я, разумеется, не собиралась. Позже, когда прибуду домой, с удовольствием подожгу его, а ещё лучше разорву на мелкие клочки и сделаю подстилку для наших кроликов.

– Всё-таки мы с тобой не чужие люди.

– Да-а-а-а, не чужие… – протянула я, после чего подняла голову и произнесла: – Спасибо, за приглашение, месье Мор.

Я глубоко вздохнула, ненамеренно втянув носом аромат дорогого мужского одеколона.

– Позволите идти? – спросила я и, не дожидаясь ответа, развернулась, желая как можно скорее покинуть этот дом.

Но отпускать меня так просто никто не собирался.

Генри вцепился мне в руку. Резкий рывок – и я оказалась прижата к холодной стене.