Отвергнутая целительница для Дракона

Иначе Вилу не жить!

– Я всё понял, – процедил сквозь зубы дракон.

– А теперь ты… целительница, – Алистер шагнул ближе, нависнув надо мной подобно грозовой туче. – Сейчас пойдёшь к нашему коку, ему как раз нужны дополнительные руки.

Я кивнула, решив, что в данной ситуации благоразумное молчание – лучший выбор. Капитан довольно хмыкнул, явно одобряя мою покорность.

Меня проводили в камбуз – корабельную кухню, насквозь пропитанную густой смесью запахов: пряных специй, морской соли и подгоревшего масла.

Здесь царил вязкий полумрак, нарушаемый лишь тусклым мерцанием ламп и красноватыми отблесками огня из древней, закопчённой печи.

Помещение казалось клеткой, зажатой в недрах корабля.

Кок, встретивший меня, оказался высоким, костлявым мужчиной, чье лицо было изрыто глубокими оспинами, словно поверхность луны кратерами.

– А, свежее мясо прислали, – прохрипел он голосом, напоминающим скрежет несмазанных петель. – Чистить картошку умеешь?

Я кивнула, стараясь не встречаться с ним глазами.

– Вот и славно. Бери нож и начинай, – он небрежно махнул узловатой рукой в сторону внушительного мешка с картофелем.

Присев на низкую табуретку, взялась за работу. Старый нож с потёртой деревянной рукоятью казался неудобным и слишком тяжёлым.

Море за бортом тем временем то и дело накатывало волнами. Хотя морская болезнь меня, к счастью, не мучила, от этой бесконечной качки у меня снова начала кружится голова. Запахи камбуза, казавшиеся прежде просто неприятными, теперь становились почти невыносимыми.

"Я изо всех сил старалась сосредоточиться на монотонном процессе чистки овощей, но мысли вращались вокруг сложившейся ситуации.

Нужно как-то выбираться.  Только вот в голове царил хаос – десятки планов побега рождались и тут же рассыпались в прах, не выдерживая критического осмысления.

Как назло, за весь день мне не удалось встретиться и поговорить с Гаем наедине. Капитан словно специально отправил его дежурить в “воронье гнездо”.

Всякий раз, когда приходилось пересекать палубу, я физически ощущала на себе липкие взгляды команды – похотливые, изучающие, оценивающие.

Хотя Алистер дал торжественное обещание, что меня не тронут, его слова казались ничего не значащими.

На борту находилось около двух десятков пиратов, и каждый из них вызывал во мне инстинктивное недоверие. Я чувствовала себя овцой в волчьей стае, и единственное, что оставалось – это быть начеку.