Отряд «Холуай». Из жизни моряков-разведчиков Тихоокеанского флота

Гвоздь что-то высказывал Федосу, поднимая его рукой за подбородок и пытаясь заглянуть ему в глаза. Потом отпустил голову и резко двумя руками хлопнул Саню по ушам. Федос присел, схватившись за уши, и замотал головой. Всё, пора выскакивать. Но мы не успели. Саня резко выпрямился и за какую-то секунду отработал на Гвозде ту самую четверку ударов, которую мы тренировали накануне. То, что я представлял в своих грёзах, свершилось наяву. Только вместо меня был Федос, а вместо здоровенного Боло Янга был Гвоздь.

Резкий хлёсткий удар лоу-кик в бедро, сразу с правой в челюсть начавшему приседать Гвоздю, этой же рукой с локтя и левой ногой — пыром в грудак. Быстро, мощно и эффективно! Ай да Федос! Он, наверно, мечтал поднять за ногу Гвоздя, как в «Коммандо», но и «Кровавый спорт» сгодился. Гвоздь отлетел на пару метров, рухнул на спину и не шевелился. Годки враз побросали свои окурки и подбежали к валявшемуся без памяти сослуживцу.

— Да ты охренел, выдра бл… ая, — заорал один и кинулся на Федоса, ставшего в эффектную стойку.

Вот тут мне, да и остальным, стукнула «моча» в голову. Я краем глаза заметил срывающегося с места Зелёного и сам чуть ли не с низкого старта кинулся в сторону годков. Какой там на хрен страх, какое там уважение к старшему призыву! «Наших бьют!»"

"Наверно, и в старину у латников так же крыша съезжала, как у нас тогда. А я ведь еще так хотел отработать вживую придуманную мною связку. В два прыжка я обогнал Зелёного и уже со всей дури, какую имел, врезал лоу в бедро годка, кинувшегося к Федосу.

Связка не удалась — сила удара была такова, что ногу матроса, которого я атаковал, вынесло вверх, и он грохнулся на песок, закрученный центробежной силой. Уже лёжа на песке, он по инерции перевернулся, попытался вскочить, но тут же заорал, встав на отсушенную ногу. Я кинулся к Зеленому, который бился, как боксёр, против матроса, махавшего перед ним ремнем. Хлясь — бляха ремня залепила Зеленову по черепу, соскользнула и раскровянила ухо. Я кинулся в ноги, уходя от летящей мне в лицо железяки с якорем, и спину словно обожгло от удара, и я даже выгнулся от боли, но все-таки, упав на колени, успел захватить ноги и, упершись башкой в живот, дёрнул матроса на себя. Тот, заваливаясь, еще раз перетянул меня бляхой по спине, стараясь попасть по голове. Зеленый навалился на него всем телом. Пока мы возились, наши остальные разведчики уже завалили всех оставшихся «годков» и месили их ногами.