Отстань от моей мечты

Но, все равно, Артем в каком-то исступлении продолжал набирать Дашкин номер, пока равнодушный голос не сообщил, что абонент недоступен.

А вот Максиму, у которого вдруг легонько задрожали пальцы, когда он набирал номер своей змейки, повезло больше: Кристина соизволила ответить на вызов.

- Что вам нужно? - раздался в трубке ее неестественно, словно искусственный серьезный голос гудков через десять. Наверняка она долго не решалась нажать на кнопку вызова, но все же сделала это.

- Кристина, - Макс от волнения даже не назвал ее змейкой и другими прозвищами.

- Извините, я вынуждена отказаться от вашего предложения, - отвечала Крис прохладным голосом Снежной Королевы, и только сидящая рядом Даша, зажимающая рот ладонью, знала, как тяжело дается этот тон подруге. - И не могли бы вы больше никогда сюда не звонить?

- Прекрати! Дай нам все объяснить. Пожалуйста, Кристина, просто вернитесь, хорошо? - Максим вынужден был уворачиваться от Артема, который пытался выхватить у него телефон.

- Не могу вернуться. Видите ли, - вежливо продолжала Крис, - я годна только на роль игрушки в постели, а моя подруга недостаточно хороша. Мы не будем возвращаться к вам. Более того, мы желаем больше никогда вас не видеть.

- Девочка, то, что ты слышала...

- Мне хватило того, что я слышала, господин лицемер. Макс, я тебя ненавижу, - проговорила Крис внезапно. - И ты, и твой дружок, и Слава - вы все достойные уроды.

Прежде, чем Макс сумел что-то произнести, девушка сбросила вызов. И больше она трубку не брала.

Артем тем временем ругался и постоянно пытался дозвониться до Дашки.

- Если бы она включила телефон, мы бы их сразу нашли!

- В смысле сразу? - не понял его длинноволосый, обреченно потирая лоб. Ему вдруг резко захотелось напиться. Он так хотел, чтобы Крис не боялась его, привыкла, полюбила - и не без труда добился этого. Теперь девушка, кажется, его ненавидит.

"- Я на ее телефон программку слежения установил, ну чтобы знать, куда она может отправиться. Так было удобнее следить.

- Ну, ты даешь, - покачал головой подошедший с притихшим и каким-то обмякшим Скагги Слава. Глядя на поникших друзей, он в полной мере ощущал себя моральным уродом. Артем после своей Ксении так сильно еще ни в кого не влюблялся и не был таким радостным.