«Отпуска нет на войне». Большая Игра «попаданца»

 — Да и ты, Макс, толком говори, а не воду напрасно баламуть…

— Чё «погоди», чё «погоди»! — взвился Бенингс. — Небось шваль одна на руках, вот ты и вопишь: «Погоди!» А у меня, чтоб ты знал — флеш! Гони монету, говорю!

— Захлопни пасть, Бенингс, — скрипнул зубами Паркер, бросая карты картинкой вверх. — У меня вообще каре, да только при таком раскладе игра меня ни хрена не волнует…

— Не, парни, давайте игру добьем, а потом уж и о делах, — заметно стушевался Бенингс. — За пять-то минут ни черта ведь не изменится…

— Ты, по-моему, плохо понял, — зло прищурился Митчелл.

— Да все путем, Майлз, все путем! — испуганно заверещал Бенингс. — Не играем, так не играем, заткнуться, так заткнуться! Ты только на меня не смотри так!

— Как так? — опешил Митчелл. — Чем тебе мой взгляд не нравится?

— А ты вспомни, как на того борова в Кейптауне в кабаке смотрел, прежде чем его пришить? — хватая воздух ртом, испуганно икнул Бенингс. — А в той деревушке, под Дурбаном? На того задавалу из паба так же зырил, а потом шлепнул… Да ты всегда так смотришь, когда кого-то убить собираешься!

— Да-а-а? — Митчелл удивленно почесал затылок.

— Да заткнетесь вы или нет?! — хлопнул ладонью по столу Паркер. — Давай, Пастор, рассказывай по порядку, что там с Фрэнком стряслось и почему ты панику развел.

Шредер спихнул Бенингса на пол, устало плюхнулся на табурет и, чуть заикаясь от волнения, начал рассказ.

— Вот оно, значит, как, — скривился Паркер, выслушав наемника.

— А чего это ты раскомандовался, Рой? — хмуро протянул Митчелл. — Тебя вроде как никто командиром не ставил?

— Тебе что-то не нравится, Майлз? — Паркер приподнялся с места и, оперевшись руками о столешницу, впился в приятеля тяжелым взглядом.

Митчелл пристально взглянул в глаза приятелю, и хотя его револьвер находился в кобуре на бедре, а оружейный пояс Паркера валялся на кровати, злость и решимость во взгляде техасца были так велики, что затевать ссору он не решился.