Открытая рана

И на ее внешней поверхности содержались микроскопические частицы урана-238, который был совсем немного, но все же обогащен изотопом урана-235. Стало ясно — это то самое место, где ведутся ядерные исследования и, может быть, делается бомба. Но об остальных объектах они почти ничего не знали и упорно пытались их выявить…

У подполковника Никифорова болезненная тяга к порядку, когда все подшито, пронумеровано и на своих местах. В общем, придраться было особенно не к чему. Но так уж полагается — Москва должна непременно присматривать за периферией и обязательно пинать подчиненных на местах.

На самом деле это все необходимые общие формальности. Куда важнее конкретика. Нам с подполковником Никифоровым предстояло реалистично оценить состояние обеспечения безопасности программы.

— По «Супостатам» опять из-за бугра запрос прошел — нащупать подходы к нашей «Астре», — донес я.

— Не успокаиваются, гады, — побарабанил пальцами по столу Никифоров.

— И не успокоятся, — заверил я.

Никифоров только устало вздохнул.

Он с самого начала был в курсе затеянной нами оперативной игры в рамках агентурного дела «Супостаты» и по мере сил участвовал в ней.

— Надо засечь посторонний интерес к изделию, — наседал я на начальника отдела. — У нас под боком агент, который и слил информацию об «Астре», но общего характера. Иначе бы американцы не подстегивали тех же «супостатов». На этого агента обязательно будут и дальше давить, чтобы он подсветил тематику.

— Легко сказать.

— Матвей Андросович, у тебя весь город набит агентурой, как тыква семечками. Пусть уши наши подсобники развернут. И головы включат. Пускай ловят со стороны окружающих малейшие проявления любопытства, выходящего за служебные рамки.