Отличница для ректора. Запретная магия (СИ)

 — Это происходит не впервые?"

"— Обращался к целителям, сказали переутомление. Какое ко всему сущему переутомление? Мне двадцать один! Я полон сил! Должен быть. А сейчас я как будто после финального испытания боевиков. Зельевары дали укрепляющее снадобье, но не похоже, чтобы оно помогало.

— Ты кому-нибудь ещё говорил, что у тебя… эм… обмороки? — я-то точно расскажу ректору.

— Да нет, само пройдёт. Вот высплюсь, схожу с тобой на свидание, и мне сразу полегчает.

Судя по тому, что кто-то возвращается к своим шуточкам, ему уже легче.

— Давай-ка зайдём в свободную лабораторию, и я тебя осмотрю, — поджимаю я губы.

— Джемма, если ты хочешь меня раздеть, то так и скажи. Я в курсе, что с целительством ты не дружишь, — усмехается Рамис.

Я понимаю, что ему неловко, что он свалился в обморок у меня на глазах, но эта мальчишеская бравада совершенно излишня. Эти лорды, они все такие? Мой брат, ректор, теперь и Дельтиго, что с ними не так?

— Ну-ка, поднимайся. Нечего тут рассиживаться! — распоряжаюсь я и запускаю проверку.

Рамис мгновенно подскакивает. Он ещё не стоит ровно и слегка пошатывается, но таращит глаза и делает вид, что он так же бодр и устойчив, как гвардеец в карауле.

Хмыкаю, со всеми мужиками работает, все превозмогут, лишь бы оставаться в глазах девушек непоколебимой скалой.

— Пошли, пошли. Лаборатория рядом. Я всё равно хотела туда заглянуть, — вспоминаю я про бусинку, которую таскаю в кармане с самого утра.

Мне удаётся затащить Дельтиго в лабораторию только потому, что он не очень твёрдо держится на ногах.

Я командую ему усаживаться на лабораторный стол, настраиваю маг светильники, и вроде бы всё хорошо, но что-то мешает мне снять магслепок с Рамиса.

— На тебе какая-то дополнительная защита от сканирования? — спрашиваю я, когда третий по счёту слепок не показывает ничего вразумительного, даже можно не фиксировать.

— Конечно! — на честном глазу говорит это идиот.

— И сколько сил мне надо было положить впустую, прежде чем ты бы мне об этом сказал? — злюсь я.

— Прости, — он покаянно опускает голову. — Я забыл. После этих обмороков мозги не соображают.

— Чего сидишь? — всё ещё злюсь я, хотя на болезных вроде не обижаются. — Снимай защиту.

От его следующих действий у меня глаза лезут на лоб. Где-то я уже это видела.

— Ты чего? Дельтиго? Тебе совсем поплохело? — я смотрю на то, как он расстёгивает форменный сюртук.