Отель «Китовый райк»

Это ее алгоритм, и в этом нет ничего странного. Надо его вызвать?

– Нет, – ответила Зина. – Зачем человека гонять, у нас все равно путь лежит через Мурманск, там его и подцепим.

– А если он не подойдет? Надо же проверить через тесты еще, – сказал Эндрю удивленно.

– Я думаю, что это он, но на тот случай, если это не так, ты полетишь с нами. Там на месте и проведешь тест, – ответила ему Зина и, что-то решив, добавила: – Пусть Алексей заказывает билеты на завтра.

– Ты, я и Станислава, – уточнил Эндрю, уже что-то набирая на своем смартфоне.

 – Стась, паспорт поменяла или тот же? – он тут же начал выполнять задание шефа.

Ответить ему Зина не успела, у нее пискнул телефон, и на экране высветилось сообщение от Моти, в котором было только одно имя.

– Нет, – ответила Зина Эндрю, – с нами еще летит Тихомир Федорович Дудка, историк, экстрасенс и примерный семьянин, носящий широкие подтяжки.

Эндрю и Стася глянули на шефа с удивлением. Они оба знали, что программа выбрала только Стасю, а остальные не прошли, но они даже не догадывались, что был еще план «Б», где была задействована Мотя со своим чутьем.

Глава 8

Если держать любимого человека за руку, боль уменьшается. Просто факт.

Савелий Сергеевич ШтольцГлава тайного общества «Северное сияние»Записки на поляхМаксим ненавидел Бориса, всей своей душой ненавидел, настолько, насколько мог, по максимуму, на всю катушку. Как говорил он в детстве маме – миллион тысяч до неба, только сейчас это касалось не любви к родительнице, а ненависти к другу.

Хотя, о чем он, разве можно ненавидеть друга? Их отношения скорее можно охарактеризовать как «слуга и господин», а слуги, как известно, вправе ненавидеть своих господ. Разрастаясь внутри, эта ненависть уже переставала помещаться в нем и начала потихоньку вырываться наружу. Это понимал Максим, это чувствовала Аня, начинал, видимо, об этом догадываться и сам Борис. Но Максим Правдин ничего не мог с этим поделать.

Причем это не была просто ненависть, для нее у Максима, как он считал, имелось веское основание: Борис Борисович Бортко испортил ему жизнь.

Именно так и никак иначе.

Максик, как называла его мама, был ботаником с детских лет. Имел слабое здоровье и очки в роговой оправе с толстенными линзами, которые делали его глаза визуально выпуклыми. Естественно, исключения не случилось, и в школе его дразнили, били и заставляли делать домашние задания за сильных и спортивных мальчиков класса.