Рай. Том 2

— Мне нужен список всех лиц, компаний и учреждений, купивших за последние два месяца больше тысячи акций.

— Завтра же он будет у вас, — пообещал Грин. — Я почти кончил составлять его по требованию Мередит.

— Утром первым делом принесите мне этот список, — велел Филип. — Марк, прошу вас провести тщательное расследование действий Мэтью Фаррела. Выдайте мне всю информацию, какую сможете добыть.

— Неплохо бы знать при этом, какого рода информация вам нужна, — заметил Марк.

— Для начала мне нужно знать названия всех компаний, в которых у него контрольный интерес, и все имена, под которыми он ведет дела.

Кроме того, я хочу знать все о состоянии его финансов, в каких банках он держит деньги и на чьи имена. Имена — вот что самое главное. У него наверняка есть трастовые фонды и «крыши»— добудьте мне имена!

Мередит уже поняла, что затеял отец: наверняка собирается сравнить имена и названия в списках Бредена и Грина.

— Аллен, — велел он бухгалтеру, — вы будете работать с Сэмом и Марком.

Не желаю впутывать в это дело постороннего, иначе все чертовы служащие в этом универмаге тут же пронюхают, что мы собираем сведения о том уголовнике, за которого имела несчастье выйти замуж моя дочь…

— Помни, в последний раз ты говоришь о нем подобные вещи, не имея доказательств! — разъяренно прошептала Мередит.

—  — Согласен, — кивнул Филип, настолько убежденный в своей правоте, что даже не колебался.

После ухода мужчин Мередит в гневном молчании, наблюдала, как отец смущенно вертит в руках пресс-папье, словно стыдясь взглянуть на дочь.

Но следующие слова приковали ее к месту.

— У нас было много разногласий, — нерешительно начал он, — разногласий и ссор и в основном по моей вине. Пока я бездельничал на этом корабле, у меня было время обдумать то, что ты сказала мне. Я говорил, что не желаю видеть тебя на посту президента, а ты… — Он остановился и откашлялся. — Ты обвинила меня в нелюбви к тебе, но, поверь, жестоко ошибалась.

Он сконфуженно посмотрел на нее, перевел взгляд на пресс-папье и тихо признался:

— Я несколько часов провел с твоей матерью, когда был в Италии.

— С кем?! — ошеломленно пробормотала Мередит, словно мать в ее представлении была личностью скорее мифической, чем реальной.

— Нет-нет, это было не примирением, не думай, — быстро, будто защищаясь, объяснил он. — Собственно говоря, мы почти все время спорили.