Рай. Том 2

 — Знаешь, — недоуменно нахмурилась она, — многие мужчины находят Лайзу потрясающей.

— Мне нравится твоя манера одеваться, — сообщил он, оценивающе оглядывая ярко-красный бархатный жакет-болеро, отделанный золотой тесьмой, с аскотским галстуком5, придававшим ей вид обманчивой невинности. Жакет был расстегнут, открывая красное платье без бретелек, присобранное у талии и ниспадавшее широкими складками. Намеренно игнорируя ее попытки защитить Лайзу, Паркер улыбнулся и сказал:

— Почему бы тебе не развернуть мой подарок до приезда Фаррела?

В серебряной оберточной бумаге оказался голубой бархатный футляр, а внутри на атласной подкладке лежал великолепный браслет с сапфирами и бриллиантами.

— Как прекрасно, — прошептала она, чувствуя, что сердце болезненно сжимается, а внутренности скрутило тошнотным узлом. Слезы обожгли веки, так что перед глазами все поплыло, а блеск драгоценных камней сливался в одну неясную, неразличимую полосу. И в этот момент она поняла: ни браслет, ни Паркер не принадлежат ей.

Подняв голову, Мередит вынудила себя встретить выжидающий взгляд Паркера и протянула ему браслет.

— Прости, — пробормотала она, задыхаясь, — это чудесный подарок, но я… я не могу принять его, Паркер.

— Но почему… — начал было он, хотя уже знал ответ, предвидел его за мгновение до того, как она заговорила. — Так вот оно что, — резко бросил он.

"— Не совсем, — спокойно ответила она, — но что бы ни случилось между Мэттом и мной, мне все-таки, не следует выходить за тебя замуж. Ты заслуживаешь большего, чем жена, которая не может справиться с чувствами к другому мужчине.

После короткого напряженного молчания Паркер наконец спросил:

— Фаррел знает, что ты решила разорвать помолвку?

— Нет! — вскинулась Мередит. — И я предпочла бы, чтобы он не знал! Это только еще больше распалит его.

Паркер снова поколебался, но тут же взял браслет и решительно застегнул на руке Мередит.

— Я не собираюсь сдаваться, — сообщил он, мрачно улыбаясь. — И считаю это очередным небольшим препятствием. Как же я ненавижу этого ублюдка!

Прожужжал звонок. Паркер поднял голову и уставился на Лайзу, стоявшую в дверях с подносом.

— Какого черта ты торчишь здесь и подслушиваешь? — обрушился он на нее, как только Мередит направилась к двери, чтобы впустить Мэтта.