Отчаянная невеста лесного царя

Ни разу не уединялась, — честно призналась я, а мужик только обрадовался.

— Замечательная новость! — он весьма плотоядно облизал губы и вновь указал мне на дверь спальни."

"Само собой, идти туда хотелось меньше всего на свете. Мысли метались в судорожном хороводе. Я отчаянно придумывала план спасения. Только что противопоставить мужчине? Он вроде не боец, но и я только бывшая балерина с хорошей волейбольной подачей. Ни то, ни другое не способно спасти мне жизнь. И чего я на карате не пошла, когда папа уговаривал? Маму послушала, решила, что это занятие не для девочек.

— О! — я подняла вверх оттопыренный указательный палец. — Так я же кикимора! Местная зверушка! У вас принято с такими спать? Не противно? — уточнила и брезгливо поморщилась.

О себе так не думала, но лучше пусть вспомнит он, с кем имеет дело.

— Кикимора, — кивнул он, двинувшись ко мне. Густой ковёр под ногами глушил его шаги, потому сейчас он напоминал крадущегося к жертве хищника. Пьяного и без тормозов. — Мои вкусы несколько отличаются от общепринятых.

— Скажем, обязательно скажем, — я сделала шаг назад, взглянув из-за плеча на закрытую дверь.

Там же этот охранник, просто обратно вернёт, если попытаюсь сбежать.

— Придётся поправить память, — без особого сожаления посетовал мужчина, замерев в полуметре от меня.

— Память? — я резко выпрямилась, похолодев от ужасной перспективы. Он меня ещё и собирается заставить забыть о своих грязных делишках? — Не подходите.

Мужчина сделал стремительный шаг ко мне, его ладонь сомкнулась на моём запястье. Вторая же скользнула по моей щеке.

— Красивая нечисть, — пробормотал он, и тут резко согнулся, выпучив глаза, когда моя коленка угодила точнёхонько в его пах.

Только в фильмах такие приёмы выбивали мужиков на более продолжительный период. А этот просто осел на колени, но сразу же попытался приподняться, сверля меня недобрым взглядом.

— Ы-ы-ы! — я толкнула его в плечо, помогая прилечь на пол, и рванула-таки в спальню.

Попробую выбраться в окно. Только успела лишь прикрыть дверь, и на неё навалился мой личный маньяк.

— Кикимора, — проревел, опасно ковыляя в мою сторону.

— Не подходи! — я рванула к прикроватной тумбе и схватила с неё золотую статуэтку, намеренная защищаться.

Сердце стучало о грудную клетку в желании сбежать. Взгляд метался в поисках спасения. Мне ещё никогда не было так страшно, но всё равно не дамся, пусть не надеется.