Отбор поневоле, или (?) мужей для попаданки

Он остался в одних кожаных брюках и, если честно я не представляла, как мы будем танцевать.

Но стоило музыке заиграть, как все произошло само по себе. Чуть приподняв платье, я сняла с ног туфли и сделала шаг к мужу. А дальше все закрутилось вокруг нас и нашей магии, что вырвавшись тоже решила потанцевать друг с другом.

Обжигающие прикосновения мужа к моему разгоряченному телу, наши движения в такт музыке и магия, что вырывалась и кружила вокруг нас. Все это было так волшебно и невероятно, что Асти под конец не сдержался и впился в мои губы голодным поцелуем, вжимая мое ватное тело в свое.

Не знаю сколько это длилось. Мгновение, или целую вечность. Но его твердые и грубые губы, скользили по моим настойчиво и немного порочно, зализывая языком чуть больные укусы. И как все неожиданно началось, так же неожиданно закончилось.

Я красная как рак, отошла от мужа, стесняясь смотреть по сторонам и обулась. От восторженных охов и вздохов женщин и мужчин мне не было легче. Асти же снова став ледяной глыбой накинул на себя рубашку, и взяв меня за руку поднес к нашему столу.

— Это было великолепно, Сафрина. — Искренне улыбнулась мне Хейли, вместе со своими подругами. — Теперь понятно почему ты взяла в мужья Астагарда шэр Ильвиуса. Несмотря на его родословную, сам он очень привлекателен и страстен. Думаю стоит забыть об одном изъяне, когда есть столько достоинств.

Меня аж передёрнуло от ее слов. Словно она говорила не о человеке, а о животном.

"Я ничего не ответила на ее слова. Только хотела, чтобы все переключились на что-то другое, от моей персоны. К счастью, не прошло и минуты, как снова заиграла музыка. Гости отвернулись к свои столикам, и я вдохнула чуть свободнее. На устах все еще горел поцелуй мужа, что пробудил во мне столько эмоций. Трудно было собраться и думать о чем-то другом.

Но все же я отвлеклась. На саму Дару, что явилась на прием, словно принцесса всего мира. За ней шли ее две подруги, которых я видела вчера в парке.

Сегодня он был одет в разы лучше. Похоже Дара решила не позорить семью перед столькими гостями. На ирлинге были белые брюки, белая рубашка и даже обувь.

Мой взгляд скользнул вверх, к ключицам на которых блестели красивые белоснежные перья, после — к злополучной метке на его шее, а затем и к лицу. Время на миг замерло, и я словно утонула в глубине светло-серых глаз.