Отбор не приговор

И желает продолжить общение».

Вначале Лотанари собиралась промолчать, не говорить, что эльф заинтересован. Но… Лгать своей вер-диир? Нет уж.

Прочитав, Лима удивленно посмотрела на подругу и чуть презрительно скорчила нос. Мол, жалкий эльф?

— А ты знала, что лорд Гилрин владеет магией иллюзий на высочайшем уровне? — как бы невзначай спросила леди Шан Нейрин.

В глазах Лимаатрис возник заинтересованный огонек, и она медленно кивнула:

— Я поняла тебя. Завтра Эльфхииру преподнесут последний дар."

"— Флир Волант, певчая птичка, — кивнула Лота.

 — Интересно, она тоже по цветочной теме?

— Было бы неплохо, а то вдруг Астиция голодная? — хмыкнула лисица.

— Не напоминай, — поморщилась Лота и спросила: — Как Тилинь?

— Выздоравливает. Мы с Тин взяли булочек на кухне и отнесли ей, — Лимаатрис поджала губы, — она так обрадовалась, что мне даже стыдно стало. Мы-то ее и не хватились даже.

— Да, некрасиво вышло. Хорошо, что узнали. — Лота попыталась скрыть зевок и не смогла. — Спать?

— Спать, — согласилась Лима и перевоплотилась.

Пофыркивая, лисица устроилась в кресле, а Лота, отложив в сторону листы, ушла в спальню. Завтра последний день первого этапа Сто Четырнадцатого Отбора Невест. Флир Волант преподнесет свой дар и…

Что «и», Лота уже не додумала — провалилась в сон, из которого ее вытащил только нахальный солнечный лучик.

— Утро наступило как-то непозволительно быстро, — проворчала леди Шан Нейрин.

И день оказался под стать утру — он будто несся на всех парах вперед, вперед и только вперед.

Вот подруги сидели за отдельным столом на завтраке — Эйтин присоединилась к ним под негодующими взглядами оставшихся невест, — а вот уже обед. И леди Дьердре Глейрио объявляет очевидное:

— Сегодня после ужина леди Флир Волант преподнесет Эльфхииру свой дар.

Эльфийка заливается румянцем и что-то щебечет о том, что к этому моменту она готовилась весь последний месяц.

— Полагаю, это будет нечто фееричное, — задумчиво произнесла Лота, и Тин согласно кивнула.

Если с утра и до обеда время летело подобно стреле, то с обеда до ужина оно тянулось как густая патока.

Подруги успели посидеть в библиотеке, сходить в портретную галерею и даже подняться на замковую стену! А время все никак не заканчивалось.

— Может, мы сегодня слишком быстро ходим? — нахмурилась лисица.

— Это нетерпение, — с отстраненной улыбкой произнесла Эйтин. — Мы верим, что с окончанием первого этапа что-то изменится, а потому минуты текут так мучительно медленно.