Отбор для неудачницы

Меня ведь если раскружить, то я все на своем пути снесу, и закончится это мероприятие массовыми травмами.

Я заметила, как многие девушки в зале с интересом посматривают на моего компаньона. Причем интерес этот далеко не платонический. Даже Натаэлла  оценивающего его рассматривала, думая, что никто не замечает, но, столкнувшись со мной взглядом, тут же недовольно сморщилась и отвернулась.

Промолчать по этому поводу я не смогла:

— Мне кажется, местные сердцеедки считают тебя весьма интересным объектом для охоты. И если не получится заполучить Эревела-младшего, то переключатся на тебя.

— Мне все равно. У меня есть невеста, — равнодушно ответил Джер.

— Принцесса какая-нибудь?"

"— Нет. Простая фея. Но она лучше любой принцессы. И на этом отборе любой нос утрет. Не обижайся.

Я и не думала обижать. Когда мужчина так говорит о своей женщине — невольно восхищаешься, а по спине бегут мурашки.

— Любишь?

— Люблю, — сказал уверенно и без тени улыбки.

В этот момент я его даже зауважала. Вроде еще совсем молодой парень, всего пару лет назад закончил академию, но уже такой серьезный.

А вот вредный блондин такими качествами, похоже, не обладал. Я нашла его взглядом на другом конце зала — он как раз танцевал с Бет. Оба так отчаянно хмурились, будто решали сложнейшие проблемы государственного масштаба.

Норхолл перехватил мой взгляд и как бы ненароком заметил:

— Тебе еще с женихом танцевать.

— Вот счастье-то, — проворчала, как старая бабка.

— В смысле? — ледяной въедливо прищурился.

— Я ему не нравлюсь.

Он оглянулся тайком, потом склонился ниже, и тихо, так чтобы кроме меня никто не услышал, сказал:

— Открою страшную тайну. Ему никто не нравится, — в голубых глазах смех притаился.

— Вот негодяй, — наигранно возмутилась я, — мы тут стараемся. Фокусы ему показываем, а ему не нравится.

— Да и не говори-ка.

— А он еще и глумится над нами.

— Жуткий тип. Надо срочно отдать его на перевоспитание.

— Я бы запросто. Лопату, вилы, и в поле работать. Мигом бы шелковый стал.

Наперсник жениха рассмеялся так громко, что люди стали оборачиваться в нашу сторону. Даже несносный блондин и тот подозрительно уставился на нас, будто почувствовал, что мы над ним потешались.

— Я так живописно это представил, — веселился Джер, и мне рядом с ним даже стало легче.