От винта! [Сборник]

У нас большая страна, и нам приходится решать эти вопросы по-другому.

– Без централизации управления?

– Нет, единый центр есть, но он не работает в режиме всеобщего управления. В нем решаются вопросы более высокого уровня, например, о передислокации полков на наиболее угрожаемый участок. Иначе каналы связи не смогут пропустить весь поток информации. Оборона будет разрушена. Чрезмерная концентрация вредна именно этим. А так мы не сковываем инициативу внизу, но контролируем её.

– Вы давно занимаетесь противовоздушной обороной?

– С весны 1939-го.

– На год раньше нас! В сороковом у нас и этого не было! Тогда только чудо нас спасло, что Гитлер прекратил атаки острова. У нас практически не осталось истребителей и моторов к ним. Я уже высказал своё мнение по поводу ваших самолётов лорду Черчиллю. Это правда, что вы увязываете поставки РЛС с поставками тяжёлых бомбардировщиков?

– Да! Это слабое место у нас, и слабое место у вас!

– А давно у вас велись работы по РЛС?

– Давно. С 26-го года.

Ночью мы вернулись на старый аэродром и вторично сорвали налёт на Лондон.

Ещё раз встретился с командующим Тэддером, и в командный пункт прибыл Черчилль в генеральском мундире. Я был в полувоенной форме без знаков отличия. Тэддер доложил, что сегодня ночью управление боем велось непосредственно с КП РАФ. Проблем с управлением не возникало. Он хотел заменить наши радиостанции на английские, чтобы попробовать прямое управление, но я категорически отказался, задал вопрос премьеру:

– Будем считать проведённые испытания состоявшимися? – Черчилль склонил голову и несколько раз затянулся сигарой.

"– Да, господин генерал. И чрезвычайно успешными. Мы заинтересованы в получении дивизии таких машин в кратчайшие сроки. Для того, чтобы у наших русских друзей не возникало впечатление, что это просто слова, я приказал нанести знаки русских ВВС на два борта В-17С, из состава нашей 6-й бомбардировочной дивизии. Это дар британского народа русскому народу. Самолёты новые, 20 часов налёта, только что из США.

В Москву я возвращался вторым пилотом В-17. До Швеции нашу тройку сопровождали «спитфайры», потом мы остались одни, под крылом медленно проплывали слегка припорошенные поля, а в Москве был снег и мороз. Над Финским заливом мы снизились и разделились. ТБ-7 пошёл в Вологду, а мы повернули на Москву. Сели в Чкаловском. Распорядился поселить англичан-перегонщиков и поехал в Кремль.