От винта! [Сборник]

– Какой двигатель планируете?

– М-107.

– Он готов?

– Не совсем, есть проблемы с ВРГ.

– Алюминий, алюминий… Я попробую в ближайшие дни заняться этим вопросом.

Густые темные брови Яковлева удивлённо приподнялись.

– Вы серьёзно, Андрей Дмитриевич?

– А что вас так это удивляет?

– Ну-у, мы несколько вроде как конкуренты. – Настала моя очередь удивляться.

– Александр Сергеевич! ВВС – это не отдельные машины, а слаженный войсковой инструмент! Если я «зарезал» МиГ-1, то только потому, что вооружение у него слабовато для того, чтобы сбивать бомбардировщики на большой высоте! 185-й, не говоря о «Су», справится с этим быстрее и безопаснее для лётчика, а ваши машины буквально предназначены для сопровождения Ил-2! Да, небольшая дальность, да, слабовато вооружение, но драться им предстоит с истребителями и на малой высоте! А более тяжёлые «Ла» и «И» будут держать высоту! Это ансамбль, эшелонированный по высоте.

На том и расстались. Я не спорю, система такова, что от количества выпущенных машин зарплата сильно зависит! Когда Швецов и Климов запустили в серию двигатели, то авторские пошли, и в немаленьких количествах.

– Вы меня просили найти человека, который может создать систему управления летательным аппаратом? Он перед вами! Инженер Расплетин! Год назад мы с ним работали по крылатой ракете.

– Очень приятно! Андрей Дмитриевич. Давайте зайдём ко мне в кабинет, я вам кое-что покажу и передам. И вы тоже, Сергей Павлович! – Мы прошли в мой кабинет, по дороге выясняя, кто есть кто.

– Александр Андреевич, несколько лет назад я был в командировке, и мне удалось побывать в лабораториях фирмы «Белл».

– Чувствительный элемент, регистрирующий инфракрасное излучение или видимый свет. Слышать – слышал! А вот видеть – никогда не видел.

– У меня их восемь штук. Два сейчас у контр-адмирала Берга, в Ленинграде. Он занимается локаторами и пытается вырастить кристаллы кремния, для того, чтобы получать такие болометры и другие полупроводниковые приборы.