От винта! [Сборник]

– От винта!

Взлетаю и показываю, на малой высоте, полностью тот пилотаж, который показывал на параде в прошлом году. Срезав круг, сажусь, подруливаю к тому месту, откуда взлетел. Заглушил двигатель, вылез из машины, под крики лётчиков. Меня начали качать.

– Мы думали, что вы просто «метла»! А вы – лётчик!

«Знакомься, Андрей! Это лучший ас Второй мировой войны: старший лейтенант Покрышкин!» – раздался голос Сергея.

«Подрался» в воздухе с пятью-шестью летчиками. Одолеть Покрышкина было очень тяжело, пилотирует на грани физических возможностей, но он знал особенности машины хуже.

Взял на этом. После полётов сказал Иванову:

– Виктор Петрович! Принимайте дивизию. Майор Матвеев – начальник штаба. Капитан Атрашкевич – принять полк, капитан Фигичев – назначаетесь начальником штаба полка, старший лейтенант Покрышкин – командир первой эскадрильи, и, Виктор Петрович, особое внимание обратите на слётанность и радиосвязь! Полк мне понравился! Уделите особое внимание ночным полётам, капитан Атрашкевич!

Глава 3

В Москву вернулся через двадцать дней.

Лучше всего дела обстояли в ЗОВО, где Копец внимательно прислушивался к тем переменам, которые происходили в дивизиях ПВО. Надо будет на самый юг радиолокаторы отправить. В Москве ждали новости: маршал Кулик разжалован до генерал-майора и отправлен командовать дивизией в Забайкальский военный округ. Жигарева по результатам проверки боеготовности ВВС сняли с должности. Но в том же приказе сняли и Птухина, хотя он этого и не заслуживал. Еду в штаб ВВС знакомиться с новым командующим: генералом Новиковым, бывшим командующим ВВС ЛенВО.

Александр Александрович принял меня настороженно, и только тогда, когда мы заговорили о контр-адмирале Берге, он, наконец, понял, что я не тот, за которого он меня принимал.

Прошла, наконец, моя аттестация, по её итогам я получил звание генерал-лейтенанта авиации. День был омрачён гибелью Чкалова. Он разбился на И-190. Валера! От судьбы не убежишь! В глазах слёзы, еду к Ольге Эразмовне.

Там все, кто мог быть. Он был легендой нашей авиации. Слов у меня не оказалось. Сталин плакал. Чкалов для меня сделал всё, как и Сергей. Отказало кислородное оборудование. Он потерял сознание, когда пришёл в себя – было поздно. Его похоронили в Кремлёвской стене.

Дня через два, в воскресенье, раздался звонок, и нас с Маргаритой пригласили на дачу к Сталину. Впервые мы были совсем в домашней обстановке у Сталина. Я предложил сделать шашлыки и сациви.