Отбор для Короля волков

Посол отстранился от нее и, глядя Аглае в глаза, втянул в себя воздух. Ноздри расширились, а на лице появился совсем хищный оскал. Аглая видела перед собой одновременно и волка, и человека. Страх смешался с предвкушением и желанием, превращаясь в какой-то невероятный пьянящий коктейль. Грудь посла завибрировала от тихого утробного рычания. И в этом тоже было что-то звериное. Человек так не может!

Аглая тихонько вскрикнула от удивления, когда посол рывком притянул ее к себе и с новой силой обрушился на ее губы.

Язык проникал в ее рот и тут же скользил обратно, имитируя движения бедер. Посол часто дышал, опаляя губы Аглаи. Его яростный поцелуй сметал все на своем пути. Соски набухли от желания и до боли терлись о жесткую ткань корсета.

Аглая задыхалась. Между ног стало влажно, чувствительная плоть болела от необходимости ощутить в себе горячий член. Их слюна смешалась, делая поцелуй еще более влажным и горячим. Аглая тихонько застонала, когда он выпустил ее волосы. Его ладонь накрыла ее грудь и сжала.

Почему же он так медлит?! Она уже сходила с ума от желания. И это всего лишь поцелуй. Он оставил ее губы и спустился на шею, прикусывая кожу и зализывая следы зубов.

В дымке забытья Аглая почувствовала, как уверенным движением посол еще шире разводит ее бедра. Его пальцы скользнули по промежности, поглаживая через ткань набухшие складочки. Аглая снова застонала, а он довольно улыбнулся:

— Ты уже мокрая… Для меня…"

"Очередная яркая вспышка молнии после этих слов ее немного отрезвила.

Аглая попробовала отодвинуться. Она ведь даже имени его не знала! Какого черта она вообще творит?! Аглая из последних сил отодвинулась. Он не понял, что она пытается сделать и снова наклонился к ней. Но Аглая накрыла ладонью его рот и резко толкнула.

— Вы… Что вы себе позволяете? — Она опустила ногу со стола и попробовала встать, но оказалась еще ближе к нему.

В живот уперся твердый бугор. Господи… Даже через слои ткани она ощущала, какой он твердый. Сглотнув, на свой страх и риск она отвесила ему еще одну пощечину.

Рука предательски дрожала, и вышло скорее смешно и жалко. Но посол немного пришел в себя. Он пронзил ее непонимающим взглядом. Черты лица заострились еще больше, и уже не оставалось сомнений, что где-то в его теле запрятан свирепый волк.

Срывающимся голосом Аглая проговорила:

— Если вы сейчас же не отойдете от меня, то… то я пожалуюсь отцу!

Его глаза сверкнули не хуже молнии. Понимание отразилось на лице жуткой гримасой.