Отбор для Короля волков

Сейчас она действительно выглядела, как потустороннее существо. Аглая устало опустилась на мягкий пуф и уткнулась лицом в ладони. Нужно придумать, что делать. Она ведь ничего не знает об этом месте. О самой Аглаиде. А что если кто-то и впрямь догадается, что она — не она? Что с ней сделают? Опять подумалось о пытках и жутких казнях, про которые когда-то читала.

У кого выяснить об этом месте? И как понять, какой была Аглаида? Может сказать, что потеряла память?! Это же идеальный выход. Аглая снова взглянула на своего уставшего и потрепанного двойника.

Она точно дура. Уже поздно это говорить. Только что она дала понять доброй половине народу, что прекрасно обо всем помнит.

— Ты же сильная. — Она горько улыбнулась зеркалу, и отражение вернуло кривоватую улыбку. — Всегда знаешь, что делать. Придумай и на этот раз что-нибудь.

Зеркало пошло рябью. Аглая испуганно отскочила назад, едва не упав на пол. Сова и ворона резко повернули к ней деревянные головы. Глаза-камни сверкнули. Птицы расправили крылья, туловища же их оставались неподвижными.

По зеркалу, как по воде расходились круги.

Аглая всегда считала себя трусихой. Она была из тех, кто не пойдет в подвал, если услышит там загадочные шорохи. Нет, она соберет вещички и свалит от злополучного подвала куда подальше. Тем более, она была не из тех, кто трогает неизвестные предметы. Но сейчас все было иначе. Инстинкт самосохранения предательски молчал. Какой-то внутренний порыв, странная сила, толкала протянуть руку и прикоснуться к бурлящей глади.

И Аглая коснулась. От любопытства. От невероятного притяжения. Рябь на зеркальной поверхности магнитом притянула ее пальцы. Как только кончики соприкоснулись с ней, Аглая ощутила холод, а зеркало пошло трещинам. Нет, не трещинами… Сеточкой инея. Морозные узоры из веточек и спиралей расцвели там, где еще недавно расходились круги.

Аглая, как завороженная, следила за этим чудом. Краем сознания она отметила, что в комнате совсем не холодно. Так откуда иней? Но все было неважно, потому что Аглая прикоснулась еще раз.

Шероховатая, покрытая изморозью поверхность вдруг дрогнула под ее пальцами, стала мягкой и податливой. Аглая надавила, и пальцы легко прошли сквозь зеркало. Кожи коснулось что-холодное, совсем как льдинка. Аглая испуганно отдернула руку и вытащила пальцы из зеркала. На них медленно таяли крошечные снежинки. Неподвижная деревянная сова ухнула. Ворон каркнул, раскрыв массивный клюв, и снова застыл.