Отбор для Короля волков

Он толкнул ее к стене и навис сверху:

— Чего ты хочешь от меня? Признания, что я был не прав? Мне упасть перед тобой на колени и вымаливать прощения? Я должен ползать за тобой?

— О-о-о, так тебе не нравится? Почему же ты тогда хотел этого от меня?!

Дамазы с такой силой всадил кулак в стену рядом с ее лицом, что каменная кладка посыпалась, и осталась вмятина. Боже, какая же сила скрыта в нем?

— Потому что я твой мужчина. А ты — моя женщина. Ты должна подчиняться мне!

— Я же ведьма! Я должна пакостить людям и пытаться убить оборотней.

Разве не так?

— Нет!

— Но ведь этого ты от меня ждешь!

— Я хотел тебя, даже зная, что ты ведьма. — Его голос неожиданно охрип, понизился до интимного шепота. — Собирался привести в клан и сделать своей женой. Поставить королевой над теми, кто кровью поклялся убивать таких, как ты."

"Аглая устала испытывать боль. Глупое выражение «умереть от тоски» обретало смысл. Ее душа уже была разорвана на миллионы кусочков, и только что Дамазы оторвал еще один. От его признания сердце сжалось, как умирающая звезда.

Еще немного, и произойдет взрыв, который уничтожит ее. Сотрет с лица земли окончательно. И ничто не будет больше напоминать о ее существовании. Потому что… от нее ничего не останется. Лишь горем убитая мать, которая не знает, где ее дочь, да несколько десятков статей.

Она покачала головой и ударила Дамазы кулаком в твердую грудь:

— Из всех слов на свете ты выбрал именно те, которые причинят мне самую большую боль.

Он накрыл ладонью ее кулачок и ласково сжал.

— Тысячи лет оборотни охотились на ведьм. Тысячи… Я не думал, что стану первым, кто полюбит ведьму.

Сжатая до размера ореха звезда все-таки взорвалась. Уши заложило от шума крови. А перед глазами сияли искры. То ли крошечные пылинки, то ли новые звезды. А может песчинки — осколки ее самой. Он… он ее любит?

Каждая женщина желает услышать эти слова. Мечтает. Представляет мужчину, который их скажет. И волшебный момент, когда их услышит. Что может быть романтичнее? Старинная крепость.

Сверкающие пылинки в воздухе, закручивающиеся вихрями вокруг Дамазы. Золотистый свет солнца, заглядывающий в окно. Старинные фолианты. Сказка… Ее личная сказка становилась реальностью прямо сейчас.

Но вот только все было неправильно. И как бы душа-предательница не радовалась этим словам и не толкала ее в объятия Дамазы, разум понимал: все неправда.

Кто бы знал, каких усилий требовалось, чтобы тихо прохрипеть:

— Ты ошибся. Ты любишь княжну. Но я — не она.